Вэнер слегка обрадовался, когда заметил, что эти «лишние» солдаты действуют медленнее, чем его группа.
— Наёмники идут! — завопил Джоп.
Вэнер взглянул на врага, вперёд выходили множество вразнобой экипированных людей. Они не маршировали и не соблюдали строй, просто медленно, небольшими группами по два-три человека, выходили вперёд, минуя рыцарей. Рыцари же разъехались в стороны, словно уступая наёмникам место. Всё это заняло ещё четверть часа и, наконец, войско Герцога было готово к бою.
В этот момент по направлению к Пограничному городу выехал одинокий рыцарь. Вэнер так перепугался, что едва не скомандовал открыть огонь.
— Это переговорщик, посланный Герцогом, — пробормотал Джоп. — Видимо, Герцог собрался уговорить Принца сдаться без боя.
— Нас это не касается, — Родни наклонился и присмотрелся к отметке на пушке, которая означала угол наклона. — Командир, нам бы наклон поправить, иначе рыцарей не заденем, они все вышли из зоны поражения.
На тренировках им рассказывали, что зону поражения пушки определить очень просто, нужно было только присмотреться к дулу. Если цель оказывалась полностью закрытой дулом, то она входила в зону поражения. Пятеро мужчин принялись поправлять и поворачивать пушку, пока она не нацелилась на рыцарей.
В это время посланец Герцога доехал до первых рядов Армии, где был перехвачен Картером, который проводил его куда-то вглубь рядов. Впрочем, Вэнер знал, что Герцог лишь зря потратил своё время, Принц никогда бы не согласился сдаться.
Внезапно он увидел словно из ниоткуда появившуюся Молнию, которая широко размахивала огромным жёлтым флагом.
Жёлтый сигнал говорил о том, что враг подошёл на расстояние в восемьсот метров, так что у Первой Армии были огромные шансы нанести значительный урон метким попаданием. Ещё этот сигнал разрешал открыть огонь по команде командиров артиллерии, которым не нужно было дожидаться подтверждения от Картера. И продолжать его вести до прямого приказа прекратить огонь, ориентируясь лишь на лидеров артиллерийских команд.
Остальные мужчины из команды Вэнера тоже заметили сигнал, и вопросительно посмотрели на капитана. Он кивнул, глубоко вдохнул и скомандовал:
— Огонь!
Рыцари не могли сразу же броситься в атаку на полной скорости, в конце концов, их лошади хоть и были выносливыми, но долгое время поддерживать максимальную скорость не могли. Из-за этого рыцари принимались медленно увеличивать скорость езды на восьмистах метров до врага, и наращивали её до пятисот метров. Потом они ещё триста метров скакали на одной скорости, и только на расстоянии двухсот метров от врага пускали лошадей в галоп.
Теоретически в зоне поражения снаряда, выпущенного из двенадцатифунтовой пушки, было около 1300 метров, даже если ядра были цельными. Пушки Первой Армии же били на километр, может, это было связано с тем, что диаметр ствола у пушек был в два раза меньше, чем у обычных двенадцатифунтовых. Именно поэтому артиллеристам был отдан приказ не начинать стрельбу, пока враг не подойдёт на расстояние в 800 метров, именно на таком расстоянии можно было гарантировать, что ядро точно попадёт в цель. К тому же оно ещё и отскочит от земли, пролетев немного дальше. Результатом одного выстрела вполне может стать не только поврежденная линия вражеского строя, но и смерть нескольких целей.
Герцог, решив пустить наёмников в бой первыми, приказал своим рыцарям чуть отъехать в сторону, чтобы они подождали где-нибудь в безопасной зоне, до которой вражеские арбалетчики не смогли бы добить. Впрочем, с этого расстояния ещё можно было провести успешную рыцарскую атаку. Все знали, что наёмники это не особо мощная сила, поэтому рыцари в любой момент были готовы натянуть поводья и броситься вперёд. Впрочем, сейчас рыцари были очень удобной мишенью для артиллеристов.
