В толпе вдруг, практически в унисон с командами, стали раздаваться призывы к грабежу. Левин не знал, кто это всё начал, но вскоре вся толпа ревела и вопила. Ситуация абсолютно вышла из под контроля, так что Левин даже и не пытался больше командовать — всё равно его команды бы потонули в радостных воплях толпы. Вместо этого Левин пытался взять под контроль свою собственную лошадь, чтобы ненароком не оказаться сбитым с неё ничего не понимающим потоком людей. И, словно бы лишившись рассудка, толпа рванула прямо к центру дороги.
Хотя нет, не так. Толпа с самого начала рассудка не имела и нуждалась в ком-то, кто мог бы её направлять. После того, как люди принимали таблетки, они моментально впадали в подобие эйфории, а уж при мысли об убийствах и грабежах эйфория разрасталась. Поначалу люди старались не наступать на мёртвого Лемана, но вскоре просто не стали обращать на него внимания и шагали прямо по его трупу.
Левин хотел было подобраться поближе к Дуэйну и остальным рыцарям, но заметил, что толпа разметала их в совершенно разные стороны. Чтобы выбраться, Левину пришлось бы сначала пустить свою лошадь по людскому потоку, медленно стараясь вывести её куда-нибудь в сторону леса. Если бы он развернул лошадь прямо здесь, то его просто-напросто сшибли бы безумно бегущие вперёд люди, и в таком случае подняться на ноги у Левина не получилось бы.
Левин внимательно оглядывал окрестности в попытках найти ту ведьму, которая устроила хаос. Как он хотел разрубить её на тысячу мелких кусочков! Он и мысли не допускал о том, что это могла быть не ведьма.
Полторы тысячи человек наглотавшихся церковных таблеток рванули прямо на оборонительные сооружения Принца. Для него это, скорее всего, будет смертельным ударом. Даже если у него теперь больше оружия, его всё равно не хватит для того, чтобы быстро разобраться с толпой. В общем, случившийся хаос не будет на руку даже самому Принцу. Ведьмы, несомненно, будут праздновать то, что им удалось нанести потери обеим сторонам конфликта! Ведь они именно для этого и пробрались в толпу и создали так много проблем, спровоцировав армию ступить вперёд без приказаний командиров.
— Здесь две ведьмы! Одна умеет прятаться, а вторая подражает голосам. Отправляйтесь и найдите мне вторую, я хочу перерезать ей глотку!
***
Через бойницу Брайану было видно, как толпа противников быстро бросилась в атаку. Вдруг из ближних к толпе бункеров раздалась стрельба.
Бункер, в котором сидел Брайан, находился в середине «ромба», поэтому ему придётся подождать, пока враг не доберётся до фиолетовой отметки на дороге. То, что нужно так долго ждать, сильно раздражало Брайана.
Чтобы хоть чем-то себя занять, Брайан отправился к бойнице на другой стороне бункера и посмотрел на дальние ряды обороны. Оттуда, где стояли артиллеристы, медленно поднимался белый дым, и внезапно раздался громоподобный взрыв.
— О господи, они так быстро бегут!!!— Смотри-ка вон на того, ему руку фугасом оторвало, а он всё бежит, как ни в чём не бывало!
— Прав был Его Высочество — их вряд ли можно теперь называть людьми. Они такие же, как и демонические твари!
Первую Армию ещё перед началом боя предупредили, что противники будут действовать под церковными «таблетками берсерка», так что воины не испугались того, что противники продолжили свою атаку даже под плотным градом пуль. Воины Первой Армии, наоборот, были полны боевого запала — в конце концов, именно они закаливались в пламени атак демонических зверей.
Кто-то предупреждающе крикнул:
— Капитан, они приближаются!
Услышав это, Брайан быстро вернулся на боевую позицию, схватил лежащий рядом с бойницей револьвер, и принялся его заряжать. По сравнению со старыми орудиями это было намного удобнее — теперь за считанные секунды Брайан мог отстрелять пять патронов, а затем просто кинуть пустой патрон помощнику и спустя пару секунд получить его назад полностью заряженным. Картриджей было несколько, так что стрельбу можно было не прекращать.
Впрочем, на тренировках Его Высочество несколько раз повторил, что стрелять нужно только тогда, когда противник оказывался в промежутке от ста до пятидесяти метров от стрелка. В процессе дальней стрельбы приходилось тщательно целиться, так как производство патронов было всё-таки делом недешёвым, так что у каждого было ограниченное количество рожков.
