Он видит, как к зенитке тянется трасса пуль из пулеметов. Из спаренного стреляет Пряхин, из курсового открывает огонь радист. Немцы отскакивают в стороны, у орудия нет щита для защиты расчета. Трое или четверо убиты, остальные прячутся за какими-то обломками. Затем двое рвутся к пушке. Одного из них валит пулеметная очередь из танка, но второй укрывается за орудием. Озеров видит, как шевелится ствол орудия, наводчик исправляет прицел. До зенитки остается тридцать метров, двадцать… Поднимаются фонтаны грязи от пулеметных очередей, прошедшихся по орудию и укрывающимся рядом немцам, и с ревом в нескольких метрах над ними проносится голубое брюхо Су-2. А затем тяжелый КВ переворачивает пушку, сминая ее, как будто она из жести, чуть-чуть пробуксовывает гусеница, додавливая остатки лафета, и танк мчится от моста в сторону. За ним сходит на берег следующий, и еще один, и еще. А на другом берегу к мосту подходит целая стая быстрых БТ и машины с пехотой.
Перебравшиеся на берег КВ утюжат на всякий случай немецкие окопы возле моста, хотя после длительной обработки их авиацией в них никто не подает признаков жизни, и, наконец, останавливаются.
Озеров крутит в разные стороны перископ.
– Что, Пряхин, вроде чисто?
– Никого не видать, командир.
Озеров открывает крышку люка и осторожно высовывает голову. Вокруг него стоят танки его батальона. В полузарытых окопах видны трупы немцев и перевернутые орудия. Над головой с ревом носятся самолеты с красными крыльями. По мосту двигаются КВ, видимо, из отставших, а за ними -с десяток БТ-7. В городе на другом берегу идет бой, но здесь спокойно.
– Ну, как там, на свежем воздухе* – открывается соседний люк, и Пряхин высовывает голову.
– Нечего высовываться. В танке оно спокойней. Давай назад, потом надышишься, – Озеров опускается вниз.
Они не видят, как из полузасыпанного окопа под самыми гусеницами танка выбирается, волоча перебитые ноги, капитан Шенк. Он зубами выдергивает предохранитель гранаты, и бросает ее. В последний момент, когда Пряхин уже почти закрыл люк, граната ударяется о крышу башни и скатывается внутрь.
В кабинете Сталина – члены Политбюро и командующие фронтами и направлениями. Сталин с довольным видом ходит по кабинету, подходит к стоящим вдоль стены Жукову, Коневу, Еременко, Кузнецову, Тюленеву.
– Я хотел бы от имени Политбюро, всего советского народа в вашем лице поблагодарить всех советских воинов, ведущих героическую борьбу по освобождению стран Европы от фашистских захватчиков.
