Резкие, каркающие рыдания снова сотрясли существо.
– Я ни разу с тех пор не видел света. Она не дает мне умереть. Только оружие, которым владеет победитель, освободит меня, вот ее заклятие. Но никогда еще победитель не оказывался в Пустоте. Так что, вот тут я обитаю больше двух тысячелетий, как ты мне сказал. Не умираю и не нахожу вечного покоя.
Жалость и отвращение смешались в Джастисе, и он дал клятву, не зная, как и сможет ли вообще ее исполнить.
– Я – воин Посейдона, существо, и в какой‑то степени я являюсь победителем для людей на земле. Мы вместе сбежим из этого ада, – он снова поднял меч, используя его для освещения, а не в качестве оружия, и посмотрел в темноту, которая их окружала. Потом повернулся к своему противнику. – Если мы будем сражаться вместе, я не могу звать тебя «существо». Как тебя зовут?
Существо – нет, человек – опустил руку и искоса посмотрел на Джастиса. Его лицо искривилось подобием надежды.
– Мое имя? У меня так давно не было имени… – он обхватил руками костлявые колени и, тихо причитая, стал качаться туда‑сюда на земле, пока Джастис не стал опасаться, что того опять поглотит безумие.
– Если у тебя не имени…
– Фарнатий. Я был солдатом в пехоте у Александра Македонского.
Джастис склонил голову.
– И тысячи лет спустя Александра считают одним из величайших военных лидеров за всю историю. Так что ты – не существо, а настоящий воин. Я – Джастис из Атлантиды, Фарнатий. Давай вместе победим Пустоту во имя Александра и Атлантиды.
Он протянул руку, и Фарнатий долго смотрел на нее. Потом грек протянул собственную искривленную пытками руку, и Джастис осторожно сжал ее и помог ему подняться.
Фарнатий глубоко, с дрожью вздохнул, потом покачал головой и отступил. Его белые глаза сверкали в сиянии меча.
– Запах твоей крови. Он всё еще притягивает меня. У меня лишь неясные воспоминания о том, как я был человеком, а века я провел, будучи чудовищем. Что если…
– Ты по праву победитель, Фарнатий. Помни Александра и наберись сил от его примера, – приказал Джастис.
Приказ. Да. К нему возвращалась память. Он – Джастис из Атлантиды, и у него есть друзья – воины. Дом. Боль пронзила его душу, когда он вспомнил то проклятие, что разрушил. Правда, наконец, открыта.
Семья. У него была семья. Братья. Вэн и Конлан – его братья, и он должен вернуться в Атлантиду. К своей семье. И вот еще одно неясное воспоминание вернулось к нему, прорываясь сквозь саван его разума, как свет его меча прорвался сквозь темноту Пустоты.
Он громко рассмеялся, и, когда Фарнатий отшатнулся от него, яркость меча стала еще сильнее.
– Ребенок! Фарнатий, я стану дядей! Мы должны найти выход отсюда. Сейчас же, – он вдруг остановился, лицо – ее лицо – промелькнуло у него в голове. Кили. Приливная волна силы накатила на его тело.
– Я должен найти женщину, с которой мне суждено встретиться.
Глава 10
Богато украшенная мраморная платформа, на которую они ступили, находилась рядом с густым изобилием деревьев, растений и цветов, увиденных им в джунглях Амазонки. Изящные разноцветные орхидеи, подобных которым он не встречал больше нигде, вымахали от четырех футов и более, невероятные массы цветов стольких оттенков пурпурного, и только дворцовые садовники могли назвать их все. Деревья задавали тон симфонии цветов, ниспадающих с мягких коричневых и сияюще‑серебряных ветвей.
Сады были его отрадой во время наихудших пыток. Он оставлял тело и представлял, что гуляет по тропинкам дворцовых садов, и что бы они ни делали с его телом, не могло его затронуть.
– Ты с нами, Алексиос? – саркастичный голос Кристофа вырвал его из воспоминаний, в которые он не желал углубляться. Он осознал, что всё еще держит на руках завернутую в простыню, покрытую синяками женщину.
Аларик мрачно стоял, одной рукой указывая на Бреннана, который, не двигаясь, плыл рядом с ним. Кристоф самодовольно улыбнулся шести охранникам портала, слегка поклонившимся, держащим мечи в полной боевой готовности, ждущих приказа.
– Вы можете оставить это, – сказал Аларик, его тихий голос звенел властью. – Лорд Бреннан временно недееспособен.
Самый старший из стражей поклонился жрецу.
– Как скажете. Мы должны сообщить принцу?
Аларик минуту смотрел вдаль, а потом слегка подвигал, словно пожал плечами.
– Принц Конлан идет сюда с Лордом Мстителем, – он посмотрел сияющим зеленым взглядом на пленника‑лорда рядом с собой. – Вероятно теперь, на земле Атлантиды, Бреннан вернет себе свой разум.
Алексиос отпрянул, всё еще держа Тиернан, когда Аларик начертил рукой в воздухе полукруг и тихонько произнес слово. Глаза Бреннана широко распахнулись, и он тоже принял позу готового к бою воина, осматривая окрестности в поисках опасности.
– Атлантида? Как я здесь оказался? Ксинон, – люди, – женщина …
Аларик мягко встал между Бреннаном и Алексиосом.
– Да, Атлантида. Может быть, ты сможешь объяснить свои действия, связанные с человеческой женщиной?
Бреннан медленно покачал головой.
– Не знаю, что ты имеешь в виду. Среди Отступников было много человеческих женщин. А что, есть одна, которой особенно нужна моя помощь?
