- Да, Саша, все верно, и мы должны уничтожать эту тварь, уничтожать тех, кто уже обречен и превращен в мерзких подонков, нам нельзя расслабляться. Сколько еще таких девушек будет уничтожено ими, доведено до отчаянья, опущено на самое дно, превращено в проституток, нет Саша, нам никак нельзя выпускать ситуацию из-под контроля.
Товарищ закивал. Теперь перед трупом девушки, которую они вовлекли во все это, вернее даже не они, но, надо отдать должное, они не оттолкнули ее, пришли на встречу, а ведь могли же просто исчезнуть из ее жизни, чувство вины охватывало сознание.
- Мы не знаем, Саша, как бы оно было, не прими мы ее в свой круг, мы не знаем, - произнес Николай, - поэтому и корить себя нет смысла, в любом случае эти твари достали бы ее, коль выбрали на роль подсадной утки. Она была обречена, что впрочем может говорить только о ее порядочности, которую они так не приветствуют в тех, кого должны превратить в безропотное стадо. Они используют их против таких же порядочных, которые, чувствуя родственную душу, открывают перед ними свои тайны..., - закончил он и приподнялся.
Николай уложил в сумку пирамиду и баночку, после чего вопросительно уставился на товарища.
- Мы оставим ее на обочине дороги, - произнес он глухо.
Удивленный, вопросительный взгляд товарища не оставлял сомнений в его несогласии.
- Ее смерть нужно официально зарегистрировать, похоронить, ты согласен? - спросил Николай.
- А если ее найдут первые те, кто ищет нас? - с сомнением спросил товарищ.
- Нет, их сейчас интересуем мы, они понимают, что здесь нас искать нечего, поэтому первая же машина сообщит в полицию ну и все..., - заверил Николай.
Александр молча кивнул.
Как бы там ни было, но следовало поспешить, неизвестно, когда на этой дороге проедет кто-то и обнаружит раненного водителя, и что из этого выльется, оставалось только догадываться. К тому же, наверняка сейчас сюда запустят полицию и их просто задержат, как подозреваемых во всем произошедшем.
Николай поднял девушку, но Александр попросил передать ему.
Он донес ее до дороги и аккуратно опустил на обочину, так, чтобы ноги были на проезжей части. После чего, постояв немного над телом, они поспешили к машине, чьи фары виднелись за лужей.
Николай наблюдал за товарищем, потрясение от произошедшего еще хранило отпечаток на его лице. Все что нужно было сейчас, это взять себя в руки, мысленно Николай наполнял светом и себя и товарища, но со стороны Александра шло сопротивление, приходилось напрягаться.
В итоге, когда они приближались к автомобилю, товарищ выглядел уже не так растерянно.
Водитель, заметив свет фонарика, лениво повернул голову.
- Это вы? - спросил он.
- Да, как вы тут? - поспешил ответить Николай.
- Хреново, слабость дикая и ног не чувствую, а еще, больно от жгута, - продолжал таксист, уже не смотря на товарищей, склонившихся над ним.
Они уложили его на заднее сидение, за руль уселся Александр, благо у него был опыт вождения.
- Надеюсь, справлюсь, - произнес он, принимая ключи зажигания от Николая.
- А девушка, - опомнился таксист.
Александр вопросительно посмотрел на товарища.
- Ее больше нет, - произнес Николай.
- Как так?
- Вы себя отверткой ранили, а она поясом удавилась, - продолжал он.
Машина тронулась и Александр осторожно стал въезжать в лужу, после чего со словами "пан или пропал", увеличил скорость. Машина, подскакивая на камнях и пуская волны, погрузилась до бампера.
Наконец они выбрались на сушу. Все оглянулись, в воздухе застыл немой вопрос - почему они не сделали этого сразу, когда все могли ходить, а только теперь, когда риск возрос многократно из-за раненного таксиста, которого бы пришлось тащить на себе?
- Видать не без помощи снизу мы все озадачились, - загадочно произнес Александр.
- Надо было сразу, не размусоливать, и все нормально бы было, - сказал таксист.
- Я и говорю, неуверенность была частью программы, - продолжил Александр.
Николай ничего не сказал, но мысленно стал "просматривать" окрестности. Он отметил тот факт, что товарищ пришел, наконец, в себя и занят сейчас дорогой, что его отчаянье и безысходность исчезли. Осталась боль от потери, успевшей стать близкой для них, девушки.
Николай видел, что горизонты свободны от нечисти и не стал доставать пирамиду, она вполне помогала ему и будучи в сумке. К тому же бабочки, что использовались часто, чувствовали себя не очень, Николай это знал по информации свыше. Их следовало восстановить, им нужен был отдых и корм, что именно им нужно он не знал, но надеялся выяснить в ближайшем зоомагазине. Теперь это были члены их команды, причем очень важные и их самочувствие должно быть хорошим.
Александр лихо освоился и погнал, что называется, по ночной пустынной трассе. На вопрос, товарищей, где же машины, адресованный видавшему виды таксисту, последовал невнятный ответ, что в такое время на этой трассе обычно мало машин, но сегодня, что-то совсем нет. Создавалось такое чувство, что шло воздействие, заставившее людей отложить свои намерения на утро, это эти твари также могли сделать, не желая сторонних глаз.
