К тому же никто не отменял интуицию, третий глаз. Поэтому, ссылаясь на усталость, плохое самочувствие, то ли какой-то неведомый страх, таксисты, дальнобойщики, частники и прочие водители, просто отказывали своим клиентам и начальству.
Городок, в который они ехали, был совсем небольшой, на пути к нему собственно особо и не могло быть движения, но все же...
Как бы там ни было, трое мужчин неслись по ночной трассе без единого фонаря в неизвестность. То, что Николай сканировал окрестности, давало некое спокойствие и уверенность, но все сводилось к расстоянию, и что им было уготовлено в пункте назначения, не знал даже он. Как не знают люди, что там - в бесконечной бездне вселенной, все тайны которой надежно скрыты расстоянием и просто невозможностью постигнуть то, что лежит за всеми разумными пределами.
Что находится там, за многие триллионы километров, где число, описывающее расстояние, уходит в бесконечность, нельзя постигнуть, также как и обозначить дистанцию, в которой количество нулей размером с сантиметр достает до луны. И это расстояние существует, и те далекие миры, которые там находятся, также существуют. Они непостигаемы с нашими понятиями и законами, которые местные проходимцы к тому же урезают до уровня планеты. Эти дегенераты хотят подчинить эту пылинку в бесконечности своим правилам и очень гордятся, что завоевали весь мир, который на деле сводится к частичке невидимого атома во вселенной. Но их духовная тупость позволяет все это отбросить и назвать эту частичку целым миром.
Обнаружить прокаженную песчинку не составляет труда законам вечной и бесконечной вселенной, поэтому, вначале лечение и если оно не позволит выздороветь, отвечать законам гармонии и развития, то следующий этап - уничтожение этой метастазы. Вот чего добиваются эти инвалиды, дегенераты, которых приручили более развитые уроды с иных миров, внушая им возможность счастья среди оболваненных и сокращенных до безопасного уровня собратьев.
Что делать с этой армией духовных олигофренов, размещенных во всех ветвях власти, которые исправно ведут всех к глобальному суициду и предстояло выяснить таким как Николай и Александр.
Все эти мысли вихрем пронеслись в голове Николая, он всегда с благодарностью воспринимал такие моменты откровений, которые, казалось бы, были заслужены усиленным развитием и учебой. Но, на деле открывались лишь при наличии некой формулы в жизненной философии, которая бы позволяла думать, говорить и делать одно и то же. Причем это лишь часть, главное, мысли должны быть соответствующие - альтруистические, которые бы позволяли ощущать себя клеткой единого организма, который здоровеет лишь при здоровье всех его составляющих.
Национализм, которым обзывают здоровое явление защиты "клеток печени" от "клеток почек", всего лишь способствует сохранению здоровья организма, который кто-то приговорил к уничтожению с помощью местных дегенератов, верящих, что смешав все клетки и сократив из-за болезни большее их количество, он сможет быть счастлив в хиреющем, испускающим дух организме.
Казалось бы, параллели вполне уместны и реальны, но как они скрываются искусственно навязанными представлениями о естественных вещах, которые каждый человек знает с детства - люди, соответствующие твоему окружению, то есть, например, "клеткам печени", тебе нравятся естественным образом, потому что они, например, белые. Как и "клетки почек" нравятся друг другу, потому что они "желтые" или "черные", ни у кого особо не возникает желания скрещиваться с не своими клетками.
Но что же мы видим в дегенеративной системе, которую навязывают нам иные миры, либо же сам сатана - смешение, как признак толерантности и развитости, современности, что позволяет чувствовать себя модным и популярным. Отсюда поощрение кровосмешения, того, что уничтожает цивилизацию, ибо противоестественно и неприемлемо для здорового организма. Такое возможно лишь в больном и слабом органе, который уже не отторгает чужеродное, а тупо с ним скрещивается, порождая уродство.
Вот к чему приводит толерантность, поощряемая местной узколобой агентурой сатаны, Эти духовные олигофрены уничтожают тот организм, который дает им жизнь, они настолько отупели в погоне за эфемерными ценностями, что готовы за материальные блага пробить дыру в трюме корабля, на котором живут. Объяснить им этот глобальный дебилизм, поощряемый фантиками со станков верховных дегенератов, очень сложно, сказывается многократное зомбирование из поколения в поколение на некой идиотской теории избранности, которую их обрезанное сознание с удовольствием воспринимает, как бальзам для их раздутого эго.
