Времени осматривать корабли пауков, у меня не было, да и остались от них одни неидентифицируемые обломки, поэтому я вернулся к затору. Сумка, что висела у меня на поясе, позволяла мне просуществовать в открытом космосе порядка трёх суток, двигаясь к «Огоньку», но за это время на реактивных двигателях я преодолею максимум процентов двадцать всего расстояния, вот и нужно было что-то придумать в связи с этим. Единственная возможность спастись – это найти что-то более-менее уцелевшее на кораблях и приспособить это под себя. И как это сделать, у меня уже появилась идея. Обдумал её, пережидая шторм.
Думаю, пора рассказать более подробно, что я видел на месте затора. Это многочисленные обломки от двух кораблей, усыпавшие всё вокруг, перемолотые остовы, мелкие обломки и рассыпавшийся груз транспорта. В трёх десятках малых контейнеров, что разбросало по туннелю и побило об астероиды, находились заготовки, если их так можно назвать, для производственной фабрики. Маркировок на контейнерах не было, но судя по стандартным упаковкам, я не сильно ошибся. Это материал или для производства скафов, или для комбезов. У них упаковка была одинаковая. Так вот, в этой груде металла, казалось, ничего не могло уцелеть, но меня заинтересовала сплющенная лётная палуба крейсера, а точнее истребитель, что торчал между бронеплитами. Это был «Тамгок» восьмого поколения. Одна беда, хвост и двигательный отсек остались внутри, сплющенные до состояния железного блина. А так истребитель был на вид целым, как и его кабина. Правда, его броня покоцана обломками, да и один умудрился пробить корпус и торчал сбоку, но я надеюсь, ничего важного он внутри не повредил.
Во время первого осмотра я отметил этот истребитель, как ограниченно интересную находку, связав её со спасательной капсулой. Той самой, что находилась в глубине пояса астероидов, метрах в пятидесяти от края, которую расплющило вместе с членами экипажа крейсера. Так вот, капсула была уничтожена, но двигательный отсек у неё был на вид цел. Нужно проверить, если это так, то есть шанс свалить отсюда, сделав из истребителя ограниченно годный транспорт. Главное – добраться на нём до «Огонька», а там разберёмся.
Проверка показала, что капсула на месте, как и истребитель, так что я сразу приступил к работам. Часть инструментов я нашёл в обломках обоих кораблей, но своими силами создать что-либо был не в состоянии. Мне был нужен хотя бы технический дроид, поэтому я обрадовался, когда обнаружил один такой в полуразрушенном техническом отсеке транспорта, и вполне спокойно запустившийся, когда я его активировал. Правда, была одна мелкая проблема – его нижние манипуляторы были зажаты в обломках и приведены в полную негодность, но она была решена: гравитации нет, ходить не надо, поэтому я их срезал бластером.
Дроид, получая от меня приказы, очень продуктивно взялся за дело. Я приписал комп к своему коммуникатору и ставил ему задачи.
Через шестнадцать часов все работы близились к завершению, когда я засёк какие-то вспышки из туннеля, причём с той стороны, где находился «Огонёк». К затору явно кто-то приближался.
Ещё когда я осматривал обломки, то нашёл специальную ткань, используемую погибшим экипажем, чтобы прятать от сканеров патрульных кораблей контрабанду, тут я не ошибся, транспорт принадлежал контрабандистам, она была ценная, поэтому я подготовил её к вывозу. Потом планировал вернуться за ней на «Еже».
Именно поэтому, как только вдали показались эти подозрительные вспышки, я метнулся к транспорту. К его носовой части, что упёрлась в астероиды, заклинив связку кораблей. Там, в порушенном трюме, я подплыл к малому контейнеру, который пробила балка, и, выдернув эту ткань, завернулся в неё в пять слоёв, напоминая теперь со стороны куколку бабочки.
Дроид, находившийся снаружи у истребителя, замер, транслируя мне со своих сенсоров картинку медленно приближающегося к затору корабля пауков. Этот был раза в три больше той мелочи, что гнала меня, но и до крейсера он не дотягивал, какой-то промежуточный вариант.
Сигнал дроида до меня через ткань не пробивался, поэтому пришлось слегка освободить скафандр в верхней его части, чтобы получать сигнал, но чтобы пауки не заметили меня.
Корабль замер у обломков, врубив прожекторы и освещая затор. С помощью дроида я увидел на экране компа, рука была поднята и экран был прямо напротив забрала скафа, как открылось сбоку отверстие и снаружи показалось два десятка огромных пауков в скафах и с непонятным оружием в руках. После последних войн сохранилось множество файлов о пауках, так что в тех, что мне было видно, я признал воинов-абордажников. Это заставило меня напрячься и замереть, стараясь дышать через раз. Я даже успел пожалеть, что вернулся в человеческое тело. Эмоции были слишком яркие.
