Убедившись, что всё нормально, госпиталь функционирует, я перевёл большую часть боксов в режим консервации – пользовался я только двумя – после чего, залив на нейросеть базы пилота большегрузного корабля, направился в учебный бокс госпиталя. Хватит тянуть, сейчас химика доучу, всё-таки нужно переработать ненужные запчасти на металл, а потом уж и пилотом тяжа займусь.
Следующие два месяца я плотно учился – десять дней в капсуле, потом два дня работы по кораблю, правда, со сном, не нужно перегружать мозг, и снова на десять дней в капсулу. Только однажды я отдохнул пять дней, когда капсула забила тревогу из-за постоянной учёбы. Зато я сдал на сертификаты по таким специальностям, как химик-лаборант, техник-лаборант и медик-лаборант, и мог спокойно использовать лаборатории, которые вошли в штат корабельного оборудования разного назначения. Я действительно попробовал работать во всех трёх лабораториях. В химической создал двести кристаллов катализатора нужной марки. После чего завод под присмотром Евгении наконец нормально заработал, правда, все настройки устанавливал я, иначе он бы не запустился в том объёме работ, которые сейчас проделывал. За двое суток он переработал всё ненужное, что висело рядом с кораблём, после чего металл блоками был направлен на склад, сняв с меня груз проблем. И бросать было жалко, и синтезаторы теперь были обеспечены всем необходимым. На них я тоже пробовал работать, малый синтезатор наделал мне компы и электронные блоки, а с помощью среднего я наклепал боевых дроидов в количестве десяти единиц. Конечно, это было девятое поколение, с натяжкой их можно было назвать десятым, но главное – они действовали и спокойно были приписаны к кораблю, проходя тестирование.
Среди программ синтезаторов были схемы создания грузовых и пассажирских платформ как планетарного базирования, так и орбитального. Я, конечно, этих неплохих и надо сказать нужных машинок с «Пумы» натаскал достаточно, тридцать единиц, но не смог удержаться и создал две – среднюю грузопассажирскую орбитальную и малую пассажирскую, тоже орбитальную. Даже полетал на них вокруг «Огонька», тестируя. Отличные машинки получились, умею ведь, когда захочу.
Но это так, фон, просто осваивал новые умения, в действительности я вот уже как первые десять дней учил базы пилота тяжёлого корабля. По моим прикидкам, чтобы поднять их на приемлемый уровень, мне нужно ещё месяца два. Не до минимума, к нему я выйду раньше, а до хотя бы отличного управления кораблём. К тому же у меня шахтёр, к этим базам нужно дополнительно выучить несколько специализированных шахтёрских, а именно «Шахтёр», «Технологии добычи руд», «Промышленные сканеры», «Шахтёрские сканеры» и «Геология». Их все нужно было выучить до пятого ранга, а у меня эти базы были в шестом. Ничего страшного, пока выучу до пятого, а потом подниму и до шестого. Как бы то ни было, я за эти десять дней поднял базу «Пилотирование и обслуживание тяжёлого корабля» до пятого ранга и на пятьдесят четыре процента шестого. Скорость изучения баз, конечно, поражала, так что я надеялся за следующие десять дней добить эту базу и начать учить другие.
Причина такого моего решения поднимать базы до максимального уровня была банальна. Такими кораблями, как «Матрона», управлял экипаж, а не один пилот, что облегчало его управление. Им также мог управлять и один пилот-универсал, но только с высоко поднятыми базами знаний, хотя ему всё равно будет тяжело, вот поэтому я и учился до предела, до того момента, когда я в одиночку смогу управлять этим колоссом.
Так я и учился – десять дней в капсуле, с шокирующей скоростью осваивая базы, и прямо на месте я их применял на практике для закрепления, чтобы они потом не затерялись и не стёрлись из моей памяти. Использовал я иногда системы корабля, но чаще виртуальную капсулу. Вот про неё я скажу: это вещь, классная штука.
Как бы то ни было, но за следующие два месяца я изучил двенадцать баз до шестого ранга, остальные до пятого, но и их я планировал поднять.
В свободное время, по мере осваивания знаний и получения хоть и виртуального, но опыта, я занимался теми грузами, что доставил со станции. С каждой неделей контейнеров в схроне становилось всё меньше и меньше. Часть перебиралась во внутренние отсеки корабля, так как трюм был забит, часть крепились на бортах «Огонька». Там же на специальных пилонах висели «Бычок» и «Луна». «Феникс» не помещался на забитой техникой лётной палубе, так что он занял третий пилон. Ну а остальные боевые, пассажирские и грузовые суда находились на лётной палубе. Причём стояли не как попало, а палуба была разделена и они там по возможности стояли рядами, в линеечку, Егор был педантом. Отдельный сектор был выделен для военной техники, другой для грузовой, третий для пассажирской, четвертый для орбитальных платформ и шахтёров. Последних у меня было всего семь малых кораблей.
