В системе шёл бой, около сотни кораблей с одной стороны и чуть меньше с другой. Планета была фактически окружена разными модулями и минными полями, поэтому нападающие шли в лоб на гражданский терминал, превращённый обороняющимися в крепость. Похоже, бой длился уже давно, было видно, что сейчас шла вялотекущая перестрелка с дальних дистанций. Сама система была буквально усыпана всякими обломками и другим техногенным мусором. Проанализировать ситуацию и определить, где тут «плохие», а где «хорошие», я не успел, на общей волне вдруг рявкнули:
– Это наш трофей!
– Система наша, значит, и он наш! Борей, ты вообще обнаглел, пытаешься отбить планету, которую мы первые захватили, так ещё претендуешь на наши транзитные борта. Если не прекратишь, то мы всё-таки запустим мортиры.
– Вам их ещё неделю ремонтировать, попытайся, – в голосе первого неизвестного явно слышалась усмешка.
Этот краткий диалог всё расставил на свои места. Вот оно, явное подтверждение моих выводов о будущем бывших территорий Содружества. Планету с её инфраструктурой и, вполне возможно, немногими уцелевшими жителями захватили пираты или контрабандисты. Сейчас между ними особой разницы нет. Закон силы во всей красе. А другие, те, что промедлили и не успели, пытаются отбить её и захватить под своё управление. Вполне возможно, что подобное происходит не только на этой планете, но на многих других. Я не говорю, что на всех, но на большинстве вполне возможно. С учётом того, что пираты активно тратят в боях захваченные ими ресурсы и ценных спецов, надолго им этого не хватит. Вон, недалеко от крепости обороняющихся плавают обломки более чем двадцати кораблей.
Естественно, как только я оказался в пилотском кресле, то активировал щит на полную мощность, реакторы взвыли от нагрузки, пришлось запускать дополнительные и на разгонных уходить в другую систему. От флота нападающих отделились шесть кораблей. Вполне современный линкор с плохо замазанными эмблемами патрульных сил, четыре крейсера и одно среднее десантное судно, а через минные поля прошла группа обороняющихся. Сейчас, рвя разгонные движки в попытках догнать меня, обе группы пытались успеть первыми.
Догнать они меня догонят, «Огонёк» слишком медлителен, хотя запас скорости при принудительном выходе ещё сохранялся и я в данный момент её наращивал. Но крейсера для того и были спроектированы, они загонщики, соответственно быстрее.
Особо я не боялся, щиты у меня мощные, хрен продавишь и собьёшь, вооружение отличное, только нетерпеливо поглядывал на экран, где кроме прочей информации отображалась медленно увеличивающаяся скорость, и готовил вооружение к бою. Из всех кораблей мне был опасен только один, патрульный линкор, да и то не особо сильно. Эти корабли были спроектированы именно для патрульных сил, то есть максимум средней артиллерии и толщины брони, небольшое количество крупной и всего одна туннельная пушка, но зато четырёхсотмиллиметровая. Вот она опасна, десятка два выстрелов в одном место, и он сможет продавить мне щит с одной стороны… если я буду сидеть сложа руки и одновременно не ремонтировать сгоревшие эмиттеры. В ином случае даже он мне ничего не сделает. Я хорошо постарался для защиты своей собственности.
Как только обе группы вошли в зону устойчивого поражения моих туннельных скорострелок, почти сразу десять башен этих орудий задрожали, когда стволы их пушек выпустили первые очереди разогнанных до сверхскорости специальных болванок.
Четыре орудия у меня били по линкору, продавливая щиты. Было видно, как пузырь щита прогибается, под ударами болванок, сияя разноцветными всполохами. Только после четвёртой очереди щит на носу исчез, и следующие болванки, вспарывая крепкую броню, вызвали разгерметизацию отсеков и разворот корабля. Капитан решил, что пора уносить ноги, пока его корабль относительно цел. Он был в том прав, ведь я стрелял не только по нему, но и по другим кораблям этой группы и по обороняющимся. Результаты обстрела обеих групп – четыре корабля полностью уничтожены, я включил туда и десантное судно, шесть перешли в неуправляемый дрейф, пестря многочисленными пробоинами и выпуская облака замерзающего воздуха, остальные начали отходить.
Я уже удалялся, когда обе группы сцепились в схватке. Про меня они успели забыть.
