В январе 1945 года отряд состоял примерно из 8000 человек, хотя вооружены были из них только 2000 человек. Очень скоро отряд увеличился до 18 000 человек, из которых Фолькман организовал пять полков и подразделения обслуживания: 11, 14, 15, 66 и 121-й полки филиппинских партизан. 6-й армии потребовались большие усилия, чтобы вооружить и частично обеспечить снаряжением эти части так же хорошо, как другие партизанские отряды на Лусоне, широко используя для этой цели захваченные у японцев склады имущества. Поскольку имевшейся у нас материальной части было недостаточно для вооружения этих отрядов, они были снабжены трофейными японскими полевыми орудиями и боеприпасами. В исключительно короткий срок Фолькман сумел организовать и обучить сначала один дивизион полевой артиллерии и немного позже другой. Оба дивизиона сослужили нам хорошую службу.
Полковник Фолькман к тому времени полностью выполнил задачи, указанные мной в директиве, разосланной 2 февраля 1945 года командирам всех партизанских отрядов. К 5 марта его части овладели северным побережьем Лусона на запад от реки Кагаян и восточным побережьем залива Лингаен, почти до Сан-Фернандо (Ла-Унион) на юге, исключая Виган. В западной части долины Кагаян действия партизан заставили японцев ограничиться малоэффективными карательными операциями. Севернее Сан-Фернандо (Ла-Унион) действия отрядов Фолькмана, одновременно с сильным нажимом с юга и запада частей 33-й пехотной дивизии, вынудили японцев на широком фронте начать отход к центру обороны в горах.
Боевой приказ армии № 56 от 6 марта предлагал 1-му корпусу продолжать выполнение очередных его задач и предпринять решительные меры к овладению в кратчайший срок весьма важным для нас рубежом перевал Балете — Санта-Фе — Имуган.
В соответствии с этими указаниями 1-й корпус продвинулся 25-й пехотной дивизией вдоль шоссе 5 к перевалу Балете и 32-й пехотной дивизией по горной дороге Вилья-Верде в направлении на Имуган и Санта-Фе, в то время как 33-я пехотная дивизия прикрывала левый фланг корпуса и усиливала натиск на позиции противника вдоль шоссе Кеннон Род на подступах к Багио.
25-я и 32-я пехотные дивизии медленно продвигались по труднопроходимой местности, преодолевая отчаянное сопротивление японцев. Их наступление по сходящимся направлениям заставило противника суживать линию фронта, что облегчало ему переброску резервов из Санта-Фе на другие участки фронта.
25-я пехотная дивизия располагала вполне удовлетворительной дорогой для подвоза снабжения — шоссе 5, хотя в различных местах его часто происходили обвалы. Кроме того, для обеспечения движения по этой дороге дивизия вынуждена была нести охрану ее по гребням гор с обеих сторон. В связи с предпринятым дивизией обходным движением явилось необходимым построить дополнительные дороги для подвоза снабжения и эвакуации раненых. Осуществить это в густых зарослях джунглей, по крутым скатам местности, когда кругом просачивались японцы, было трудной задачей.
32- я пехотная дивизия была в более тяжелом положении, поскольку она полностью базировалась на плохую извилистую горную дорогу Вилья-Верде, совершенно непригодную для подвоза по ней снабжения и представлявшую большие трудности для ее улучшения.
Строительство дорог, их ремонт и содержание в исправности сильно замедляли темп наступления обеих дивизий. Наши саперы провели большую работу для улучшения положения, тем не менее пришлось использовать носильщиков для подноски предметов снабжения к передовым частям. К тому же, когда в сезон дождей сильные ливни делали дороги и горные тропы непроходимыми, получить достаточное число носильщиков было невозможно, а имевшиеся налицо были очень ненадежны: они обычно исчезали, как только попадали под обстрел.
Значительные затруднения в ведении боевых действий создавал недостаток боеприпасов в артиллерии. Это вызывалось трудностями в разгрузке транспортов со снарядами, их несвоевременным прибытием и общим дефицитом боеприпасов на фронте. Последнее обстоятельство вынудило 6-ю армию снабдить некоторые дивизии 8-й армии боеприпасами, первоначально выделенными для операций на Южных Филиппинах.