Однажды в районе города Торчин, когда дивизион готовился к очередным учебно-боевым стрельбам, противник силой до пехотного батальона предпринял попытку атаковать советские позиции. Было приказано открыть огонь. Таким образом, минометчики получили возможность провести боевую стрельбу. Они быстро навели минометы, первыми доложили о готовности и первыми открыли огонь. Затем к ним присоединились артиллеристы. Минометный дивизион вел огонь настолько точно, что атака вражеского батальона вскоре была отбита. Советские командиры, наблюдавшие вместе со мной за ходом боя с наблюдательного пункта, не скрывали своего удовлетворения действиями новобранцев. А когда я рассказал командиру 76-го стрелкового корпуса, что минометчики, действия которых он только что наблюдал, обучались всего две недели, он посоветовал мне считать дивизион достаточно обученным и полностью боеспособным. Так это и было на самом деле. После боя дивизион 120-мм минометов уже не снимался с огневых позиций, к большой радости его личного состава. Некоторые из минометчиков были награждены командиром советского корпуса, а мной - повышены в звании.
Дни, насыщенные учебой в прифронтовой полосе, проходили быстро. Между тем, пока мы готовились к дальнейшим боям, Советское Верховное Главнокомандование 10 апреля 1944 года разрешило развернуть 1-ю Чехословацкую бригаду в СССР в 1-й Чехословацкий армейский корпус.
Так началась следующая глава истории части, родившейся в Бузулуке, принявшей боевое крещение в Соколово и позже, уже в качестве бригады, закаленной в боях под Киевом и Жашковом.
2. Черновицы
25 апреля 1944 года 1-я Чехословацкая бригада с Волыни по железной дороге передислоцировалась в район Каменец-Подольского, откуда в походных колоннах двинулась дальше. Мы направлялись ближе к Карпатам, в район города Черновицы - место формирования корпуса. Развертыванию бригады в корпус способствовали прежде всего волынские чехи, которые дали, как я уже упоминал, 12 тыс. добровольцев. Было это также и заслугой словаков, несколько тысяч которых перешло в 1943 году на сторону партизан из словацких дивизий, брошенных Тиссо и Тукой на советско-германский фронт. Словацкие юноши быстро разобрались в обстановке и группами стали переходить на сторону советских войск. Из числа словаков, а также закарпатских украинцев, которые прибыли в Бузулук незадолго до отправки 1-го батальона на фронт, с января 1944 года в городе Ефремове начала формироваться 2-я Чехословацкая парашютно-десантная бригада. Под наблюдением опытных советских инструкторов ее личный состав удивительно быстро осваивал трудное парашютное дело; с 1 февраля до 15 апреля 1944 года они совершили 13559 прыжков, из них 7675 - с аэростатов и 5884 - с самолетов. В конце апреля парашютно-десантная бригада передислоцировалась из Ефремова на Украину, в город Проскуров, где боевая подготовка десантников продолжалась. Теперь бригада стала составной частью 1-го Чехословацкого армейского корпуса в СССР. Основой корпуса, командиром которого был назначен генерал Ян Кратохвил, стала 1-я бригада. Я остался ее командиром.
Прибыв в черновицкие леса, мы сразу включились в работу. Едва были построены землянки и шалаши, как тут же началась усиленная боевая подготовка личного состава. Она продолжалась ежедневно с рассвета и до позднего вечера, но это никому не было в тягость. Солдаты, унтер-офицеры и офицеры знали, что мы должны проложить себе путь домой и что в предстоящих боях они будут бороться за свободу своего народа, от которого теперь их отделяли только Карпаты. Время протекало незаметно. Проходили дни, проходили недели. В конце июня 1944 года из штаба 18-й армии к нам для инспектирования прибыла комиссия. Она пришла к выводу, что 1-я Чехословацкая бригада к боевым действиям подготовлена хорошо. Но и после этого учеба не прекращалась. Полным ходом шли занятия на курсах усовершенствования командного состава, где приобретали знания командиры отделений и взводов, снайперы, связисты и артиллерийские разведчики. Занятия проводились в условиях, близких к боевым.