В это время мне было очень неловко, когда рядом кто-то выпивал. Даже после года в «Анонимных алкоголиках» на первых порах трезвость – вещь очень хрупкая. Поскольку «Миникон» проводился в Сент-Поле, примерно в десяти минутах ходьбы от реабилитационного центра «Св. Марии», я решил, что если подобные конвенты когда-нибудь вообще будут безопасными для меня, то вот этот «Миникон», пожалуй, лучший вариант.
На следующее утро я поднялся рано, пытаясь сообразить, что делать на конвенте в семь утра, раньше у меня такого опыта не было. У меня тогда начались небольшие проблемы с самооценкой, а потому я решил порадовать какого-нибудь фаната – пусть позавтракает с настоящим большим НФ-писателем. Этот конкретный фанат был из обслуживающего конвент персонала и только что закончил дежурить. Мы сели в ресторане отеля и сделали заказ. Я приготовился кожей впитывать так остро необходимые мне в тот момент комплименты. Он доел завтрак, откинулся на спинку кресла, улыбнулся мне и поднял глаза, прочитав мое имя на бейдже.
– Слушай, Барри, – сказал он, – а что это ты такое делаешь, что тебе положена гостевая ленточка?
Прямо у меня на глазах пробитый корпус моей карьеры тонул в забвении. Я, глядя на свой грейпфрутовый сок, что-то такое промямлил, что вот, дескать, пописываю иногда.
–
А еще говорят, что чувствительность фанатов умерла.
Терри Карр уже не с нами, но вот что он мне рассказывал – вы, быть может, этого не слышали. Когда опубликовали его дебютный роман «Повелитель войн Кор», который вошел вместе с романом другого писателя в издание, подготовленное «Эйс» (это было примерно во время «ДисКона», в 1963-м), первая жена хорошо известного фаната (она сидела в зале, когда я зачитывал эту статью), неспешно подошла к Терри. Он ожидал какого-то пикантного признания от нее по случаю выхода его первой книги. Она сказала:
– Я только что прочла ваш роман. Хотела представиться.
Терри улыбнулся, потому что все мы в первый раз надеемся на доброжелательное отношение, но она продолжила:
– Чего ради вы написали эту жалкую беспомощную ерунду?
И встала, уперев руки в боки, ожидая, пока боль от нанесенного ею удара перерастет в униженные извинения. А Терри ответил:
– Ради семисот пятидесяти долларов.
И ушел.
–
Вот что ответил Джин Вулф:
–
Худшим был тот, что пригласил меня в качестве почетного гостя на «Айкон» в Айова-Сити. Расти Хевелин был почетным гостем от фанатов, и нам сказали, что мы будем произносить речь в пятницу днем.
Наступил вечер пятницы.
Затем утро субботы. День.
Потом вечер субботы перед спектаклем. Объяснений этим отсрочкам не последовало.
Я прибыл на спектакль примерно в восемь вечера, в очередной раз собравшись и приготовившись выступать. Сперва Расти, потом я. Ладно.
Сопредседатель поднялся на сцену, объявил, что речи почетных гостей будут произнесены после спектакля, и ушел.
