Интересно, а Айк вообще сочтёт это завтраком? Надо надеяться, что да. На мужчин по две здоровые булочки, можно с разными топингами и плюс кофе. Нормально. Ещё бы чем-то украсить. Айк говорил, что у него подрастает клубника прямо в этом модуле. А вдруг?
На кухню вошла заспанная Мичико Комацу. Ну вот и первый едок уже здесь, а ничего ещё не готово.
– Привет! Раз уж ты тут, не проверишь ли, может уже вызрела клубника на завтрак? – попросила её Джесс. – А я пока допеку булочки и сделаю тебе кофе!
Приготовив завтрак, она села в одиночестве и стала медленно потягивать кофе из чашки, пытаясь забыть о том, о чём вообще думать нельзя. Наихудший способ, поскольку заставляет постоянно размышлять именно об этом. Любой самоанализ в такой ситуации приведёт только к самобичеванию, к жалости к себе или, самое страшное, к каким-то весьма нетрезвым действиям, за которые потом станет мучительно стыдно. Поэтому, когда к ней подсела Мари и стала отвлекать попыткой втянуть в научный разговор о работе нейросетей фотокамеры «Одиссея», девушка почувствовала некоторое облегчение. Как будто она кипела, как чайник, а кто-то подошёл и просто снял крышку. Но потом заявились Айк с Рашми. Хилл быстро позвала ту и с ходу вовлекла в разговор, крутившийся вокруг попыток понять, где искать проблемы в нейросети, с учетом сильной ультрафиолетовой составляющей в спектре. Однако надолго отвлечься не удалось.
– Пойду тоже быстро сделаю кофейку. Пахнет булочками. И кто же сегодня наш пекарь? – спросил Айк. Ну вот, надо как-то отреагировать. Раньше она бы просто ответила, а теперь почему-то было важно, что именно скажет, как будто Джесс снова стала маленькой девочкой, укравшей из конфетницы самую большую конфету, и ей предстояло отвечать на мамин вопрос, не видела ли она, кто же воришка. Лучше промолчать, решила Хилл и помахала Айку. Мари продолжала что-то объяснять Рашми, а та улыбалась, глядя на них обеих поочередно.
– О, чую ещё какой-то аромат! – продолжил добродушным голосом Кинг. Давай Джесс, скажи уже что-то ему в ответ. Нет, не это, а про клубнику, остальное забудь, забудь, забудь. Ты говоришь с мужчиной твоей лучшей подруги, и не о нём тебе нужно думать.
День пролетел в подготовке. Никто не понимал, в каком формате пройдёт общение, но Крис предложил собраться в кают-компании и оттуда вызвать инопланетян. А что будет потом – проще решать на месте. Камер в кают-компании хватало, и Джессика проверила, чтобы все работали, записывали и видео, и звук. После завтрака она занялась стиркой вместе с Раш, забрав у всех грязные вещи и закинув их в какую-то интересную модель стирального агрегата. Надежность тут важнее дизайна, так что выглядела машина устаревшей. После стирки она сидела и пыталась разобраться с нейросетью, о которой утром говорила Мари. А потом, не выяснив ничего наверняка, решила сходить и заняться медитацией у себя. Как она понимала, в ожидании переговоров Крис отменил все внешние выходы и работы, экономя силы людей и стараясь избежать ситуаций, которые могли бы повлиять на коммуникацию. Так что все ходили, как и она, и маялись от безделья. Кто-то играл в настольные игры, кто-то читал, кто-то смотрел кино, кто-то торчал в спортзале или готовил еду. К просмотру фильма, скачанному всего сутки назад, она тоже присоединилась. Давно пора уже перестать снимать этого старого чудака, но сценарий и спецэффекты весьма ничего.
За пару часов до контакта с Земли пришли указания о том, кому и как себя вести, кто и какие вопросы должен задавать. Надо же, ей, Джесс, отводилась неслабая роль. После Криса, который сохранял главенствующую позицию, она должна была стать самым активным членом переговоров. Несвойственная ей функция, если Хилл вообще себя знала. Придётся предположить, что на Земле специалисты её изучили лучше, чем она сама. При этом схожую роль получила Мичико, а мужчинам, кроме Криса, а также Рашми и Мари дали минимум задач. Джесс удивилась. И не только она. Некоторые были явно обескуражены и возмущены.
– Крис, а мы точно должны читать всю эту чушь? – будто бы в шутку, но с видимой толикой раздражения, спросил Дима. А кто же ещё мог так сформулировать свой вопрос?
– Дима, тут сказано, что это чёткие указания, – Кристоф явно напрягся. – Если мы будем действовать не так, как написано, то нас могут наказать вне зависимости от результатов переговоров, – ответил он с серьёзным видом. Тут поднялся настоящий гвалт.
Недовольны оказались, мягко говоря, все, в том числе и Мичико, которая в общем гуле голосов крикнула, что ей просто страшно продолжать вести общение, поскольку она и так уже напортачила. Айк… Айк требовал, чтобы вопросы поделили на всех, или хотя бы отдали вопросы Мичико, которая не хочет задавать их сама, кому-то ещё. Лицо Криса покраснело, он пару раз пытался всех перекричать, но никто его не слушал. Какофония звуков напоминала шум турецкого базара, где каждый повышал голос лишь для того, чтобы заглушить остальных, а слушать должен был кто-то другой, видимо, Ламбер.
