Как бы повёл себя Шан на его месте? Наверняка ни секунды не сомневался бы, получив из Китая такой же приказ. Кстати, не исключено, что так и произошло. И Диме, сидящему на другой от девушек стороне стола, и отхлебывающему горячий кофе из кружки, тоже, наверняка, выслали директивы. Русские не удержались бы, это уж точно. Если Китай способен действовать осторожно, то Россия всегда готова продемонстрировать несогласие с Соединёнными Штатами по любому вопросу.
Ну и как они все поступят? Устроят балаган и цирк с конями на первых же переговорах с инопланетянами? Айк помнил, что вчера ему и Крису рассказала Мичико о чуть не состоявшемся конфликте Чжоу и Волкова из-за главенства при контакте. Эти парни вполне могут натворить глупостей. Один – молодой романтик, другой – упрямый трудоголик. Огонь и железо. Нужно хорошенько подумать, уже не только о своей стратегии, но и о том, как вовремя удержать «мальчиков», как назвала их Комацу.
Айк не стал мешать девичнику, проводил Рашми улыбкой и поздоровался с Димой и Шаном. Волков выглядел таким же уставшим, как и он, видать, его тоже растолкали раньше времени.
– Пойду тоже быстро сделаю кофейку. Пахнет булочками. И кто же сегодня наш пекарь? – спросил он.
Джесс помахала ему рукой и вернулась к негромкой беседе.
– О, чую ещё какой-то аромат!
– Это клубника, Айк! – улыбнулась Хилл, снова отвлекшись от девушек, – вызрело пять ягод, Мичико принесла утром, и я их тонко нарезала на всех!
Ого, уже созрела! Вот так дела. Утро становилось всё лучше и лучше. Ну что, ЦРУ и АНБ, а также всякие КГБ или что там сейчас в России и Китае, вы ещё надеетесь всё испортить? Нет уж дудки! Он прошёл на кухню и заметил в тарелке ломтики алой клубники. В другой тарелке лежали три булочки, рядом стояли тюбики с арахисовой пастой, сгущёнкой и вареньем. Объедение.
– Черт побери! Джесс, это очень приятно, спасибо! – громко сказал он и положил на язык один маленький кусочек свежей ягоды. – Просто чумовой вкус, никакие варенья не сравнятся!
– Айк, ну это же ты вырастил, а не я! – отозвалась Джессика из кают-компании. – Сам себя не похвалишь – никто не похвалит!
– Мало ли кто вырастил, а как ты нарезала, это просто чудо! – весело произнёс Кинг. – Рашми, иди скорее сюда завтракать, а то не успеем.
Он включил кофемашину и по очереди сварил две порции. Пока кофе медленно сочился в кружку, Айк разрезал пару булочек и намазал одну немыслимо углеводной смесью сгущенки и арахисовой пасты, а вторую – вареньем из абрикосов, которое любила Раш. Тут как раз зашла она.
– Чувствую запах кофе, это мне?
– Да, и сэндвич с абрикосовым вареньем тоже тебе. Но сначала, пока вкусовые рецепторы чисты, съешь клубнику. Это всё, видимо, осталось тебе.
– А ты поел? – спросила девушка.
– Да, я поел, – хотя Айк съел всего небольшой кусочек, ему сейчас больше хотелось поделиться с Патил, чем самому ощутить забытый аромат ягод.
– Врунишка, – улыбнулась Раш и сунула кусочек ягоды ему в рот. Потом сжала зубками одну большую дольку и поцеловала его. Поцелуй с клубникой был великолепен.
Они пили кофе прямо на кухне, облокотившись на столешницу, и просто смотрели друг на друга. Как же здорово просто так стоять, пока есть ещё три минуты насладиться завтраком, и не думать ни о чём больше.
– Кстати, Айк, – сказала Рашми, – насчёт твоего вопроса утром. Нет, не перебивай, – одёрнула она Айзека, с губ которого готово уже было сорваться «извини», – мне было просто интересно, почему ты вдруг решил, что я способна быть с мужчиной и не любить его?
Перед ней, за сеткой, виднелся его мускулистый торс в песке, налипшем на потную кожу, а в глазах мужчины отражались море и облака. Айк подал мяч, и девушка почувствовала, как напряглись все её мышцы – она бросилась к мячу, его надо поймать и отразить удар. Но возникло невыносимое чувство, что не успеет. Время как будто замедлилось, и Джесс видела, как мяч снова и снова пролетает над сеткой, а она снова и снова не успевает. Казалось бы, всего парочка метров, но ноги буксовали в песке, руки были ватными, и никак не хотели слушаться и тянуться к мячу. Хилл ощущала, что от этого слишком многое зависит, а она подводит всех. Внезапно, как по мановению руки волшебника, прямо перед ней оказалась Рашми. Патил выглядела гораздо выше Джессики, хотя в жизни их разделяла лишь пара дюймов, а ещё заметно стройнее, чем обычно. На ней был надет купальник, который раньше носила сама Хилл, и её солнечные очки. Рашми без усилий отбила мяч, и он улетел обратно к Айзеку. А потом повернулась к Джесс и улыбнулась ей.
– Не забывай, Джесс, все мячи Айка – для меня! – сказала она и рассмеялась. Почему-то от её смеха хотелось заорать, зареветь и уйти. Или не уйти, а избавиться от неё. Патил же закрывает другой угол сетки, напротив Кристофа, и должна бы брать его подачи, так почему говорит об Айке? Почему вечно не даёт Джесс шанса?!
