Шан сидел в первом модуле, и ему было тоскливо, да и спать хотелось. Период жалости к себе прошёл, рапорт был составлен и отправлен, требовалось просто отсидеть смену. Мари сидела во втором модуле, но там же, почему-то, торчал Волков, судя по показаниям планшета. Что он там забыл? Его смена под утро вместе с Крисом, который, сдав должность, решил подежурить вместо Джессики.
Ладно, можно подождать. В конце концов уйдёт же русский спать, и тогда Шан присоединится к Мари, чтобы не заснуть на дежурстве, да и в принципе, потому что с ней хорошо. Он достал тюбик с мазью, чтобы нанести её на пару плохо заживающих шрамов на левой щеке. Средство было весьма качественным, снимало боль, воспаление, помогало успешному заживлению, и, что немаловажно, учитывая, что он мазался ей трижды в день, оно не воняло. На Чжоу было около пятнадцати зашитых шрамов и ещё около ста мелких ссадин, которые быстро затянулись. В целом он практически восстановился, за исключением двух крупных шрамов. Скоро они затянутся, и можно будет снять швы. Ну и наконец прекратить терапию.
Мазь заканчивалась. После смены можно бы зайти в третий модуль, взять другой тюбик. Уже какой по счёту? Мичико говорила, что извела на него кучу лекарств. Что ж, он заслужил. Шан выдавил на указательный палец правой руки немного мази и аккуратно втёр её в раны и кожу вокруг них, после чего закрыл тюбик и сходил вымыть руку. Вот чего тут не хватало, так это салфеток. Однако, воду можно очистить, а тащить сюда килограммы бумаги было бы преступлением. Особенно, если её нельзя читать перед сном.
За дверью было слышно, как Мари что-то мычала себе под нос, какую-то мелодию. Чжоу решил не входить без предупреждения и пару раз тихо постучал в дверь.
– Комм райн[31]! – раздался изнутри голос Нойманн. – Ой, заходи, открыто, – она засмеялась, как раз, когда китаец приоткрыл дверь, – задумалась, ответила на немецком, извини!
– Сесе[32], – ответил Шан, улыбнулся и добавил, – поблагодарил тебя на китайском за разрешение войти!
Мари ещё сильнее захихикала. У неё явно хорошее настроение. Хорошо, что русский ушёл, теперь Чжоу получит удовольствие от общения с ней один на один. Её смех казался приятным, особенно учитывая, что обычно девушка была строгой и собранной.
– Решил присоединиться ко мне на вахте? Давай, всё равно тут скучно. Ничего более удивительного, чем то, что происходит с нами, случиться уже не может! – заявила ему Мари.
Её правда. Что может быть удивительнее, чем контакт с инопланетной жизнью? Шан присутствовал при первой встрече, и так вымотался и перенервничал, что Диме пришлось тащить его до лагеря на тележке. Ну вот, снова Волков всплыл, когда не звали!
– Как твои дела, Шан? – немка была сама учтивость. – Я заметила, что ты переживал сегодня вечером. Это из-за переговоров или из-за ухода Криса?
Какая внимательная – явно следит за тем, что с ним происходит. Ей точно нравится Чжоу Шан.
– Да, я переживал. Мне показалось, что некоторые наши коллеги слишком… неэтично себя вели, довели Криса, вот он и ушёл. Как-то всё навалилось, вот и разнервничался, – выдавил из себя Шан.
Мари на секунду задумалась. Наверное, ей уже сто версий произошедшего передали. И, надо думать, последним был Волков. А в пересказе русского, наверняка, виноватыми были представлены все, кроме него самого, но Нойманн умная, и вряд ли бы поверила в такое.
– Мне Дима говорил, – она задумчиво смотрела на Чжоу, – свою версию. Как я поняла, вы все были хороши.
Вот ведь незадача. Ну, Волков, ну ты и гад всё-таки. И его подставил перед Мари. Всё же так смог новость преподнести, что она поверила! Но, нужно вести себя благородно, не показывать негатива, пусть заметит разницу между Шаном и ним.
– Да уж, – он вздохнул, хлопнул себя по коленям и улыбнулся. – Но это дело прошлое, сейчас надо думать о будущем!
По Мари было видно, как она расслабилась после его слов. Парень тоже успокоился и улыбнулся шире, во все тридцать два зуба. От этого заболели щеки, и Шан слегка поморщился.
– Болит? – она сочувственно посмотрела на него. – Да что я спрашиваю, понятно, что болит. Мне стыдно, что это я, фактически, тебя так отделала! Прямо смотрю на тебя, и самой больно.
– Мари, не надо. Во-первых, не так уже и больно, скоро ни следа не останется. А во-вторых, ты совсем не виновата! Мы же выяснили, это трагическое совпадение кучи факторов, – Шан и правда не хотел никого винить, а уж её и подавно. А если быть честным, то Волков должен был следить за японкой лучше, и тогда ничего бы не произошло.
Но Нойманн очень заботится о нём, у неё явно есть к нему чувства. Приятно это осознавать. Вот если бы между ними возникла связь, и они стали бы не просто друзьями, а парой! Парой, которая противостоит заговорам, некомпетентности и эгоизму. Первой серьёзной марсианской парой, ведь отношения американца и индианки явно слишком эмоциональны и долго не протянут. Надо бы понять, насколько глубоки чувства немки к нему, ведь может так быть, что и ему пора показать свои.
