Книга "От матроса до капитана" — продолжение рассказа о пути героя книги "Своим курсом" на капитанский мостик. Здесь, помимо родных и старых знакомых автора, читатели встретятся со многими моряками Эстонского морского пароходства периода 1959–1965 года. Среди них те, кто осваивал новые суда и судоходные линии, впервые уходя далеко в океанские просторы, прокладывал курсы в порты Африки, Средиземного и Северных морей. В море во все времена было нелегко, немало трудностей досталось и на долю героя книги. Временами казалось, мечта его детства вот-вот рассыпется перед временными неудачами, но каждый раз по морским законам идущие рядом бескорыстно протягивали руку помощи, и мечта не только устояла, но и воплотилась в реальность.
Лев Веселов
Трилогия
Книга вторая
ОТ МАТРОСА ДО КАПИТАНА
* * *
СОЙТИ НА БЕРЕГ
Мощные винты судна разогнали лед между причалом и судном. Он, регулируя углы насадки, поджал нос к кранцам. Матрос в ярком оранжевом нагруднике со сверкающими в свете прожектора отражателями спрыгнул на заснеженный причал и ловко накинул гашу шпринга на швартовую пушку. Через минуту буксир уже стоял вплотную у причала. Сбросив обороты двигателя до самого малого, Велев, встал с кресла и, не удержавшись, по многолетней привычке погладил рукою пульт, поблагодарив судно за проделанную работу. Пожав руку стоящему рядом капитану, попрощался с ним и поднявшимся на мостик за дальнейшими распоряжениями механиком, спустился по трапу и вышел на палубу.
Морозный воздух наполнил грудь, налитую необычной тяжестью, несколько взбодрил его, освежил лицо, но тупая боль там, где было сердце, не проходила. Скрывая все усиливающую слабость в ногах и прерывающийся голос, попрощался с матросом и мотористом, стоящими у трап-сходни с готовностью помочь ему сойти на причал и, не оборачиваясь, решительно шагнул в темноту к стоявшей у здания управления порта автомашине. Идти было трудно, хотелось вернуться и передохнуть, но он чувствовал, что за ним наблюдают, и сделал все, чтобы не остановиться. Эти пятьдесят метров дались ему с трудом, и когда он открыл дверь своего "Фольксвагена", то понял, что ехать в таком состоянии не сможет.
Минут десять, отрешенный от всего, сидел, откинувшись к спинке сидения, не замечая ничего вокруг. Салон постепенно нагревался, снег на ветровом стекле оттаял, но он не видел, как слепящий луч прожектора скользнул по свежему голубому снегу и уперся в его машину. Яркий свет вернул к действительности, на судне ожидали его отъезда и беспокоились за состояние. Плавсостава в компании было немного, почти со всеми он проработал около восемнадцати лет, и они знали его так же хорошо, как и он их. Как не старался скрыть от них свои чувства, они прекрасно понимали, что ему сейчас нелегко. Он мигнул два раза дальним светом — все нормально, луч прожектора возвратился на место, огни палубного освещения погасли, и судно начало быстро отходить от причала. Буксир, названный именем первого президента компании Хельмута Кантера, в эту зиму осуществлял ледовую проводку судов в Пярнуский порт и торопился вывести в море уже готовое к отходу груженное лесом судно.
Эту работу несколько лет подряд осуществлял здесь он, на своем буксире "Сымери", на котором проработал без малого семнадцать лет. Как только ему исполнилось шестьдесят пять, "Сымери" был передан филиалу компании в Риге, и хотя он это предвидел, пережить прощание с судном оказалось нелегко, руководство проделало это, словно подчеркнув, что в его опыте и услугах больше не нуждается. Видимо так оно и было, потому что решение, передать именно его судно принималось срочно и в тайне от него, пока он находился в отпуске в Турции.
Впрочем, можно было и остаться на некоторое время на другом судне, вряд ли бы ему в этом отказали, но возраст штука серьезная, и он понимал, что такой конец все равно неизбежен. К тому же всегда был убежден, что все нужно делать своевременно. Время на флоте всегда безжалостно к возрасту капитанов и если оставляло их к шестидесяти пяти в живых, что, в общем-то, случалось редко, с командного мостика приходилось уходить. Ответственность за стареющих капитанов не возьмет на себя никто. Вот и настало время прощаться с флотом окончательно, и он жалел, что не сделал этого сразу же, когда расстался со своим буксиром.
Работа на берегу после того, как ты постиг все таинства работы в море, не интересна и не приносит удовлетворения. Он это хорошо знал, проработав несколько лет в береговых кабинетах после того, как врачи временно запретили ему плавание, и сама мысль о том, что предстоит делать вновь то, что его тяготило, заставляла не спать по ночам. Вот уже месяц, как он был назначен в компании на должность помощника менеджера по мореплаванию, но кабинетная работа не давалась, и он стремился вырваться на суда, где чувствовал себя нужным. Там все было привычно просто и понятно, без секретов, интриг, недомолвок и главное — без фальши.
