«Однажды вечером в Атлантическом океане, когда наш корабль находился между Азорскими и Канарскими островами, я долго любовался большим кальмаром, лежавшим на поверхности моря и излучавшим яркий свет; то синий, то зеленый, то красный. Испуганный нашими попытками поймать его, он внезапно „погасил“ свои огни, как будто повернул кнопку выключателя».
В теплых тропических морях все мореплаватели наблюдали (во всяком случае, во времена парусников, когда моряки имели время смотреть на море и жить в контакте с его жизнью) плавающие колонии крошечных морских животных — пирозом. Слово «пирозома» по-гречески значит «огненное тело». Это прозрачные трубки длиной от одного до двух метров, усеянные микроскопическими существами, состоящими из венчиков и лепестков. Если раздражать пирозому, трогая ее или приводя в движение окружающую воду, она начинает излучать довольно яркий красный свет, который мгновенно сменяется вспышками синего, желтого или фиолетового.
Чаще наблюдается другой вид свечения морской воды, который скандинавские моряки называют «молочным морем». Поверхность океана, покрытая мириадами ночесветок — крошечных одноклеточных животных, величиной около 2 миллиметров, — излучает мягкий рассеянный свет. Чем больше волнуется окружающая ночесветок вода, тем ярче они светятся. Корабль, плывущий ночью по такому морю, оставляет за кормой длинный светящийся след, в то время как остальная поверхность воды продолжает оставаться темной.
Само собой разумеется, что световые органы морских животных давно стали предметом всестороннего изучения для зоологов. Оказалось, что некоторые из этих органов устроены чрезвычайно сложно. Ряд клеток на теле животного излучает свет; позади них расположены другие клетки, серебристого цвета, — настоящие маленькие рефлекторы, а перед ними — прозрачные выпуклые клетки, играющие, по-видимому, роль линз. Все это окружено непрозрачной оболочкой, которая не дает свету рассеиваться, направляя пучок его в отверстие, находящееся на верхушке светового органа. Но обычно «живые лампы» устроены гораздо проще. Однако ткани их всегда имеют специфическое строение, и для того чтобы определить, способна ли данная ткань излучать свет, ученым достаточно рассмотреть ее под микроскопом.
Таким способом можно довольно легко установить, излучает ли свет то или иное глубоководное животное, которое до сих пор не удавалось извлечь на поверхность живым. Ведь условия глубоководного лова ныне не те, что были при драгировании на глубине 1000 или 2000 метров, которым довольствовались предыдущие поколения океанографов. Животных, пойманных на очень больших глубинах, нередко вынимают из траловой сети мертвыми или умирающими, причем убивает их не разница давления, а разница температуры между ледяной водой глубин и теплой водой поверхностных слоев, которые в тропиках нагреваются до тридцати и более градусов.
Такие полумертвые существа излучают лишь слабый, быстро меркнущий свет, никак не определяющий истинную силу их свечения.
Мы можем лишь смутно догадываться о грандиозном зрелище светящихся подводных «лугов», вернее, подводных «лесов», образованных гигантскими Umbellula encrine на глубине 3000, 4000 и даже 5000 метров.
Представьте себе уличный фонарь высотой 2,5 метра, на тонкой и длинной суставчатой пятигранной подставке, увенчанный яркой лампой, которую окружает корона причудливо вырезанных лепестков, напоминающих листья папоротника. Это и есть Umbellula encrine — животное из семейства кишечнополостных, называемое иначе «морское перо»; оно ведет «сидячий» образ жизни, прикрепившись на всю жизнь к морскому дну, подобно кораллам, губкам или гидроидам.
Umbellula encrine — животное очень древнего происхождения. Предки его жили еще в морях палеозойской эры. В пластах земной коры, относящихся к этой эпохе, геологи находят множество ископаемых животных, очень похожих на Umbellula encrine, и хорошо представляют себе, какие гигантские подводные «леса» простирались тогда под волнами. Но мало кому известно, что подобная живая «растительность» существует и в наши дни на самых больших океанских глубинах. В книгах, популярно рассказывающих о жизни моря обитателям земли, вы не найдете даже упоминания об этих гигантских Umbellula encrine.
Никто никогда не видел, как сияют в океанских глубинах такие живые «фонари»; океанографам удавалось наблюдать лишь их слабое молочно-белое мерцание в тот момент, когда Umbellula encrine вынимали из глубоководного трала, оторвавшего их от океанского дна. И тем не менее ученым, изучившим строение светоносных тканей этих чудесных подводных «фонарей», теперь доподлинно известно, что весь венчающий верхушку Umbellula encrine пышный султан излучает яркий свет.
Подводя итоги всему сказанному, можно заключить, что большинство наблюдений, сделанных Бибом при его погружениях, явилось лишь блестящим подтверждением давно известного науке факта: характерной чертой обитателей подводных бездн является их способность люминесцировать.
