Но вся беда в том, что нам, в сущности, трудно определить, много или мало знаем мы о таинственном мире океанских глубин. Что представляют собой эти странные существа, к которым так подходит название «чудовища», хотя они совсем не чудовищны по своим размерам? И, главное, много ли в глубинах вод других животных, которые не настолько неуклюжи и неловки, чтобы попасться в наши грубые и чрезвычайно примитивные ловушки?
Одно несомненно: когда в глубоководные сети попадают рыбы длиной 50 сантиметров, мы называем их большими; рыба длиной один метр — редкое исключение. Несомненно и другое: если в океанских глубинах существуют рыбы (или другие морские животные) величиной 3, 5, 10 или 20 метров, их никак не возможно поймать с помощью современных глубоководных орудий лова.
Как же тогда проверить, имеют ли хоть какое-нибудь реальное основание бесчисленные морские легенды и поверья о гигантских животных, будто бы населяющих загадочные океанские глубины: о морских змеях, громадных спрутах и кальмарах — чудовищных кракенах и других необычайных и страшных существах?
Ну, в отношении кракенов мы можем с уверенностью сказать: да! А вот что касается пресловутого морского змея, размеры которого даже по самым преувеличенным сообщениям не превышают размеров большого кита, кто осмелится сегодня поручиться, что все рассказы о нем — лишь плод досужей фантазии или разгоряченного страхом воображения?
Мальчишка, забрасывающий в спокойные воды Марны удочку с самодельным крючком из согнутой булавки и вытаскивающий при этом одних пескарей, и ученый-океанограф, извлекающий тралом с глубины 2000 метров весьма скромных по размерам рыб, по существу вооружены примерно одинаково. Мальчишка имеет столько же шансов подцепить на свой крючок, щуку, сколько океанограф — поймать современным тралом морского змея.
Если вы, просидев несколько часов подряд с удочкой в руках на берегу какого-нибудь заветного омута или ямы, возвращаетесь домой с пустыми руками, вы вините в своей неудаче рыболовную снасть, отсутствие клёва, плохо выбранное время или дурную погоду, но никогда не подумаете: «В этом омуте нет рыбы!»
Все искусство рыбной ловли, как известно, заключается в том, чтобы в подходящее время и в подходящем месте поставить той или иной рыбе подходящую ловушку. Но пытался ли кто-нибудь хоть раз поставить подобную ловушку морскому змею?
Один из самых выдающихся океанографов нашего времени, датчанин Антон Брун, однажды сказал нам:
«Все наши современные орудия глубоководного лова еще крайне примитивны и несовершенны. Я мечтаю ловить стальными удочками, с соответствующими крючками и наживкой на глубине тысячи, двух тысяч и трех тысяч метров. Трудно даже вообразить, какая добыча нас при этом ожидает!»
В настоящее время с точки зрения науки невозможно-отрицать существование на больших глубинах такой крупной и такой длинной рыбы, которая могла бы, появляясь лишь изредка на поверхности морей и океанов, породить многочисленные рассказы очевидцев о встречах со страшным морским змеем.
С тех пор как Уильям Биб опустился в недра океана и увидел своими глазами то, что происходит там внизу, глубоко под нами, ученый мир вынужден был признать, что все наши глубоководные драгирования еще не дали нам сколько-нибудь точных и исчерпывающих знаний о жизни в толще морских вод; хуже того — они во многом ориентировали нас неправильно.
Так, при первом же погружении батисферы на глубину 400 метров Биб увидел восемь больших креветок и отметил: «На этой глубине нам ни разу не удавалось поймать драгой таких крупных креветок».
Надо сказать, что до погружения в батисфере Бибу приходилось часто заниматься глубоководным тралением на том же месте, в районе Бермудских островов. И вот уже в первые минуты погружения он убеждается, что знания его во многом ошибочны. А он был уверен, что хорошо изучил эти воды!
На следующий день Биб сообщает с глубины 600 метров:
«Либо во время погружения мы проходим сквозь зоны, необычайно богатые живыми организмами, либо в наши глубоководные сети попадает лишь ничтожная доля того, что они встречают на своем пути»[8].
В тот же день, покачиваясь на конце тонкого стального троса на глубине 500 метров, Биб замечает:
«Мои сомнения в эффективности современных методов драгирования на больших глубинах подтверждаются обилием морских животных крупных размеров, встреченных мною как раз в тех слоях воды, откуда наши глубоководные сети обычно возвращались пустыми, что указывало, как мы предполагали, на полное отсутствие в этих слоях воды каких бы то ни было живых организмов».
