— Стоп! — поднятая рука и возглас вставшего на ноги Дримма не сразу, но уняли поднявшийся гам. — Ты прав! На нас тоже лежит ответственность, и никто не собирается ее с себя снимать. Но, Таурэтари и именно ей была доверена эскадра, она хотела этого назначения и получила — как говорится: ''Назвался груздем, полезай в кузов''. Она отвечала за все и ДОЛЖНА была давить на нас, на меня, на тебя, на Анариэль, чтобы ей дали больше магов и опытных моряков, и она НЕ ДОЛЖНА была соглашаться выходить в поход с неопытными командами. Мы собрались не чтобы ее распять и затравить собаками — тут нет тех, кто хотел бы ей зла, а в большей степени для того, чтобы не допустить такого в будущем, но и оставить без последствий то что произошло мы не можем — как бы то ни было она командовала эскадрой, и под ее руководством эскадра пошла ко дну. -
Неожиданно для всех и словно иллюстрируя сказанное Главой, на защиту Таурэтари встал тот, вернее та, от кого этого меньше всего ждали, ее главный обвинитель:
— Может быть ты и прав, Диссидент (Халлон), — взяла слово Анариэль, — и это действительно форс-мажор. На счет моей вины не отрицаю — я помню как Таурэтари ко мне подходила, и я ее послала, за это извиняюсь. — Как бы подтверждая свои слова, Анариэль слегка поклонилась ранее ей же обвиняемой капитанше. — Но и с Главой согласна: почему она дала себя послать, а не отстаивала свою позицию?! Из-за некоторых ''товарищей'', которые чрезмерно любят запустить руку в казну, — Анариэль обвела взглядом резко поскучневшие лица, — я почти всем говорю нет, но это же не значит НЕТ — это приглашение обсудить, подумать и достигнуть компромисса, а Циркачка уж очень быстро сдалась — так нельзя, тем более когда такое дело под угрозой. Но я про другое: даже если это не форс-мажор и вина Циркачки была бы полностью доказана, железобетонно, как мы можем ее наказать? У нас нет даже неписанных правил на этот счет: ни материальной ответственности, ни ответственности капитана, что вывел не готовые корабли в море, ни ответственности тех, кто выпустил их в таком состоянии — НИ-ЧЕ-ГО! -
Некоторое время в зале обсуждали то что сказала Анариэль: главный казначей клана была права, да и вообще в клане в принципе не имелось никаких правил, тем более документов, регулирующих разные, в том числе и такие аспекты внутриклановой жизни — все делалось на глазок и экспромтом в живом режиме. Про Таурэтари все забыли и шумно обсуждали, оставить все как есть или что-то с этим делать. Победила точка зрения тех, кто был недоволен отсутствием, настоящим вакуумом писанных правил и законов — Глава клана при всех поручил имевшей в реале юридическое образование Синьагил составить краткий свод таких правил и оформить неписанные законы в слова, затем принести ему, а после на утверждение общим собранием клана.
— Только не тяни и слишком не погружайся, — напутствовал Синьагил в нелегком деле законотворчества Дримм, — сразу все охватить не получится, да и не надо много — когда будем утверждать, можем что-то упустить. Основные тезисы: порядок вступления в клан, порядок выхода, порядок принятия решений, ну и про материальную ответственность. Пока хватит, потом по мере надобности будем добавлять. -
— А что с Таурэтари? — напомнил об основной причине собрания Халлон. Адмирал все еще стоял рядом с опальным капитаном и, раз уж все отвлеклись на другой вопрос, хотел под шумок побыстрее закончить разбирательство и с минимальным для нее уроном.
На некоторое время собрание вернулось к прежней теме, но не надолго — сразу внес предложение Глава, и обращался он даже не к обвиняемой, а в основном к Халлону:
— Никаких материальных взысканий, но перегонять эскадры она больше не будет. Говоришь она хороший капитан? Вот пусть и будет капитаном на своем корабле, но ничего больше, как в старину говорили: ''По должности не повышать''. — И предвосхищая вопрос открывшего было рот адмирала пояснил: — Если она сильно отличится, прямо сильно и не один раз, не два и не три, а много, то мы — я, ты и Анариэль соберемся, и если ни у кого из нас не будет возражений, то ограничение мы снимем, а если будут, то нет, до следующего раза. —
Глава оглянулся по сторонам и не дождавшись возражений кивнул, как бы утверждая принятое решение, а затем обратился к словно заново родившейся (у нее не отнимут море!) Таурэтари:
— Ты все поняла? — Толчок от стоявшего рядом адмирала и эльфийка часто как китайский болванчик закивала головой. — Тебе есть что сказать? — ''Болванчик'' вновь замотал головой, но не вверх-вниз, а с право-налево. — Тогда садись. -
Адмирал вернулся на свое место, а не обвиняемую больше ни в чем эльфийку Василиса обняла за плечи и отвела к трибуне капитанов, где ее радостно встретили и приняли в свои ряды коллеги и друзья.
