В невеселом настроении пришлось встречать Новый – 1920 – год дроздовцам у «разбитого корыта». Дроздовцы, как и все другие добровольцы, предполагали 1920 год встретить уже в Москве, а не в Азове и Батайске. Погода окончательно испортилась, а бесконечные дожди превратили дороги и улицы в вязкое болото. На фронте затишье. Стали подсчитывать оставшиеся силы, и оказалось, что по численности они не уступали силам к началу 1919 года, но тогда фронт был в Донбассе, а теперь на Дону; тогда всем грезилась Москва, а теперь по вечерам вдали мерцали огни Ростова, да и качество войск было иное, и противник более сильный.
Станица Елизаветинская, что по другую сторону Дона, никем не занята. Против нее, на левом берегу Дона, расположены дроздовцы. До станицы Елизаветинской всего лишь верст около трех, и весь противоположный берег отлично виден в глубину верст до семи. Передвижение там противника невозможно и могло быть остановлено даже одним артиллерийским огнем.
Во время стоянки дроздовцев в этом районе, вблизи села Койсуг, в степи был зарублен красными ординарец полковника Туркула, Иван Андреевич Акатьев, бравый солдат, красавец. Он ушел с дроздовцами в поход еще из Румынии. 4 января погиб двоюродный брат полковника Туркула – Павлик, бывший кадет Одесского корпуса, поехавший в отпуск к матери полковника Туркула. Он и несколько офицеров с двумя дамами во время остановки в одной деревне подверглись нападению партизан, которые незаметно переправились по льду у Азова, захватив их неожиданно, отдыхающих в избе, в то время, когда возницы их пошли поить коней. Всех захваченных партизаны зверски мучили, потом еще живыми спустили под лед. Возницы успели доскакать обратно в полк. Посланные на подводах дроздовцы захватили всех этих партизан и тут же на месте расстреляли.
На Кубани была объявлена мобилизация и приступлено было к формированию казачьих корпусов. На фронте некоторое оживление, и 2 января 1-й Донской корпус слегка тряхнул большевиков, причем им было взято около 2000 пленных и захвачено 3 орудия и 20 пулеметов.
Только теперь многим стало ясно, что преждевременно и глупо был оставлен город Ростов со всеми богатствами в нем. В иное время, пожалуй, было бы по-иному. Ведь могла же Дроздовская дивизия, вопреки полученному приказу, самовольно, прямо из Гниловской ударить на красных, занявших Ростов, вместо того чтобы переправляться через Дон по льду и взрывать свои танки. Теперь также стало ясно, что тогда дроздовцы могли бы легко вновь занять Ростов, наделать много неприятностей красным, произвести нужную эвакуацию, многое спасти и только позже оставить город, если бы общая обстановка этого потребовала. Главным препятствием к этому послужило, с одной стороны, отсутствие решимости, упадок настроения и полная неосведомленность об общем положении на фронте, а с другой стороны, точное и категорическое приказание об отходе дивизии в Батайск. Не будь всего этого, может быть, и ход всей борьбы с красными был бы иной.
К вечеру 2 января 1920 года приморозило, подул порывистый и сильный ветер и началась сильная метель, но на другой день опять наступила оттепель и вновь полил дождь. Передвигаться стало еще хуже, так как ноги теперь проваливались по колено в снег и вязли в подснежной воде и грязи. На протяжении всего фронта Дроздовской дивизии было спокойно. Одна рота 2-го полка 5 января переправилась на правый берег реки Дон и заняла станицу Елизаветинскую. Там красных не было. В станице перед Новым годом появился конный разъезд красных с целью набрать в свою армию добровольцев, но, не найдя желающих, быстро ретировался.
Наступившее временное затишье на фронте благоприятно подействовало на настроение войск и дало возможность командованию привести части в относительный порядок и наладить немного жизнь в тылу. Это затишье было нарушено красными, которые 5 января повели крупными силами наступление правее Батайска. В 20 верстах севернее Батайска красные переправили несколько своих дивизий через Дон и, поведя наступление, заняли станицу Ольгинскую. Для остановления и ликвидации этих красных сил были двинуты Терская казачья дивизия генерала Топоркова и Кавалерийская дивизия генерала Барбовича в помощь нашим частям на этом участке фронта. Прорыв красных на левый берег Дона был быстро ликвидирован после недолгого, но упорного боя, и конница Буденного понесла большие потери, а из переправившейся на наш берег пехоты мало кому удалось вернуться обратно за Дон. Было взято несколько тысяч пленных, захвачено 12 орудий и до 100 пулеметов. Дальнейший разгром Буденный избежал только благодаря тому, что на правом берегу Дона была многочисленная артиллерия красных, которая своим огнем прикрыла отход назад коннице Буденного и не позволила захватить и отрезать места переправ.
