Де Круа, известный в Европе военачальник, умел воевать и побеждать. За семнадцать лет службы в Дании, у Римского императора он не раз доказал это. Но однажды удача изменила ему. Армия, который он командовал, после неудачной осады Белграда отступила с большими потерями. Для честолюбивого генерала удар был настолько сильным, что он надолго оставил службу. И все-таки, когда император Леопольд рекомендовал его Петру I, он не смог сидеть дома, охотно принял приглашение русского царя, захватил с собой согласно договору немалое число немецких офицеров, прибыл в Нарву… и тут же загрустил.
Петр I, не догадываясь о причине плохого настроения герцога, взял его вместе с генералом Алартом осматривать Нарву. Герцог согласился, кажется, даже повеселел, ехал в красном мундире, не боялся пуль. Царь с трудом уговорил его надеть серый плащ. Осмотрев крепость, де Круа ушел в палатку, сел на скамью и до-олго о чем-то думал. Переживал.
Шведов он знал давно – прекрасные воины, великолепные военачальники! А тут еще появился у них свой, пусть Северный, Александр Македонский. Справиться с такой армией очень сложно. Не только русским. Петр I герцогу понравился сразу. Напористый человек, неординарного мышления организатор. Очень крупная личность. В Европе о нем говорили много. Но… русские! Разве это войско?! Толпа мужиков, вчера ходивших за сохой!
Царь посылал за ним слугу семь раз. Герцог ссылался на головную боль, думал, как поступить. Тогда Петр сам явился к нему, уговорил его принять армию, и герцог занялся осадными работами.
Петр отправился в тыл, де Круа остался с армией. Борис Петрович Шереметев, руководивший нерегулярной конницей, предложил ему интересный план действий: оставить часть войска под крепостью, а с отборными частями выдвинуться вперед, встретить противника в выгодной для себя местности и дать бой. Де Круа грустно вздохнул, но промолчал, не стал обижать достойнейшего человека, который совсем недавно осуществил по заданию Петра «дипломатический вояж» по странам Европы, произвел изысканными манерами, тонким пониманием любой сложнейшей ситуации, великолепным знанием истории, чувством такта хорошее впечатление на императора Леопольда и папу Римского, дожа Венецианской республики и великого магистра Мальтийского ордена. Уважаемый в Европе вельможа. Начальник нерегулярной конницы. Разве может он понять, что такое современная армия? Разве можно объяснить ему, кто такой Карл XII?!
Де Круа не представлял себе такой удобной позиции, где русский необученный сброд мог бы одержать победу над шведами. Он даже подумать не мог, что перед ним стоит человек, который станет в скором времени, буквально через несколько месяцев бить хваленых шведов и на суше и на море! Де Круа не верил в русского воина, в русских генералов, но делал все зависящее, чтобы встретить серьезного противника.
Карл XII в лучших традициях Александра Македонского провел войско из Пернау до Нарвы, утром воспользовался туманом, неожиданно напал на противника и устроил русским такую трепку, которую они запомнили надолго. Запомнили, чтобы отомстить. Де Круа проиграл то сражение подчистую. Не помогли ему и немецкие офицеры. Их крикливые команды русские не понимали. Осознав бесполезность сопротивления, все они, де Круа и его офицеры, сдались шведам.
Но русские сдаваться не любили никогда. Они, оставшись без общего руководства, дрались до последнего – до вечера. Ничего у русских не было: ни штаба, ни командующего, ни опыта, ни пушек – разрывались старые пушки, губили прислугу, ни ружей – выходили из строя старые ружья, ни царя-батюшки. Ничего. Но они не сдались. Они дрались (особенно хорошо – Преображенский, Семеновский и Лефортовский полки), они выстояли, не дали смять себя. Де Круа, уже отведенный от места сражения на приличное расстояние, слышал грохот снарядов и не верил: неужели русских еще не уничтожили?!
И никто в Европе не верил, что русские, казалось, навсегда отставшие от европейских держав в военно-техническом отношении, пережившие недавно мятеж стрельцов, уничтожившие цвет своего войска, что русские, у которых нет ни одного светского высшего учебного заведения, в котором воспитывались бы военные кадры, военные инженеры, что русские могут выиграть войну у Швеции.
Русский царь верил в это.
Некоторые военные специалисты не считают его крупным полководцем.
Кто-то пытается доказать, что, например, великий князь всея Руси Иван III Васильевич является более крупным государственным деятелем, чем Петр I.
Некоторые специалисты рискуют даже утверждать, будто царь Алексей Михайлович в каких-то делах, например, в правосудии, сделал больше, чем великий преобразователь. И, видимо, доля истины в словах каждого из хулителей Петра Великого есть. Маленькая доля, такая маленькая, что если собрать и сложить эти дольки, то суммарная их доля истины все равно получится крохотной, неспособной затенить дело Петра. Слишком крупная это фигура в российской и мировой истории.
