Между строителями тепловых станций и гидравлических идет давний спор.
Первые говорили:
— Мы строим быстрее и дешевле.
Вторые говорили:
— Согласны, в темпах отстаем. Наши сооружения в постройке сложней, но удобней и выгодней в эксплуатации.
Третейское суждение было такое:
— Государство получит колоссальный выигрыш, если гидростроители, не снижая качества, приблизятся по срокам и стоимости к сооружению тепловых станций.
И в гидротехнике наступила пора смелых решений.
Кременчугская стройка стала в некотором роде экспериментальной.
Нигде на гидротехнических сооружениях не шел так в ход сборный железобетон. Подчеркиваю: сборный. Это главная новинка Кременчуга. На стороне, на полигоне, — заготовка крупных блоков, конструкций. А на месте, в котловане, — только монтаж. Отныне гидростанции так и будут строить — по-кременчугски. Котлован для Киевской еще не начинали рыть, а часть самой станции уже лежала в разобранном виде на полигоне.
Вряд ли кто после Кременчуга посмеет разгонять плотины, как прежде. Существовал термин: коэффициент незнания. За счет его ставили лишние конструкции, клали лишний бетон, чтобы «покрепче». А на Днепре сняли коэффициент незнания. Точный подсчет показал, что запас прочности бетонной водосливной плотины позволяет срезать ее на треть.
Смелее! И машинный зал — без стен, без крыши, на открытом воздухе. Генераторы под металлическим колпаком. На юге этого достаточно при любой погоде.
Смелее! И шлюз пущен до перекрытия реки. Впервые в практике гидростроения? Но кто-то же должен быть первым.
Смелее! — девиз Кременчуга.
Три коротенькие записи из блокнота — о трех монтажниках, трех бригадирах.
Карпов. Из 54 лет жизни 36 на строительстве гидростанций. Герой Социалистического Труда.
Маленький, сухонький.
Рассказывал о себе так:
— На Волхов завербовался — в холостых еще ходил.
А невеста была. Поехал в отпуск, вернулся из деревни с женой. На Волхове первый наш родился, Аркашка. С Волхова на Свирь перебросили. Там двое прибавилось — Анатолий, Володька. А за ними дочки одна к другой. Под Тихвином на строительстве — Ольга и Вера. Камскую строили — Тамара. А на Горьковской последняя наша, Лидочка. Тут, на Кременчугской, внуки уже пошли.
Три его сына тоже монтажники.
Лукаш. Плечистый, рукастый, весь огромный.
В молодости сменил с десяток профессий в поисках «самой хорошей». Мешки с зерном таскал на элеваторах, клал рельсы, работал водолазом.
На войне — в пехоте. Дрался под Запорожьем. Город с ходу взяли: он на левом берегу, а Днепрогэс еще три месяца оставалась у немцев. Они разрушили станцию, плотину не успели. Как только полк, в котором служил Лукаш, подошел к Днепру, разведка донесла, что немцы собираются взорвать плотину, заложили взрывчатку в разных местах, протянули провод. Десять наших солдат-добровольцев, и Лукаш в их числе, поползли по плотине с ножницами в руках, чтобы перерезать провод. Лукаш не дополз, ранило. Только один дополз. Немцы били по нему из пулеметов в упор. И угодили в голову, когда он уже разжал ножницы. Последним движением он успел сжать их и перекусить провод. Мертвый он так и лежал с проводом на груди. А ножницы выпали из разжавшихся пальцев.
Памятник безымянному герою стоит в саду перед зданием гидростанции.
Лукаш был на открытии этого памятника.
Он восстанавливал Днепрогэс, строил Каховку. Куда после Кременчуга? Днепр велик, хватит гидростанций на трудовой век Лукаша. Теперь у него профессия на всю жизнь — монтажник, верхолаз. Большой, тяжелый, он наверху легок, как птаха. Ловок, как акробат.
Беликов. Он и в самом деле акробат, профессиональный циркач. Приехал на стройку с цирковой бригадой давать представления. Кувыркались, прыгали, вертели сальто прямо на строительной площадке, используя подьемный кран как гимнастический снаряд. Бригада уехала, а Беликов остался в другой бригаде, в монтажной. Потом стал бригадиром. А в свободное время ведет в клубе кружок циркового искусства…
Некоторые дополнительные сведения, свежая информация с берегов Днепра. Впрочем, она свежа к моменту сдачи книги в издательство и наверняка потребует обновления, когда книга будет сдаваться в печать.
Кремгэс торжественно открыта. Торжество состоялось в дни, когда станция выработала уже три миллиарда киловатт-часов. Мне кажется, это разумно: праздновать не сразу, а с некоторой задержкой, все испытав и проверив.
На строительстве Днепродзержинской гидростанции, ближайшей соседки Кременчугской, затопили котлован — и река перекрыта. В четвертый раз — после Запорожья, Каховки, Кременчуга.
В пятый это сделают под Киевом, где работы тоже начались.
Шестая ступень днепровского каскада, шестая по вводу в строй и вторая сверху от Киева — Каневская ГЭС. Как только она примет реку в свои турбины, нижний Днепр будет, по выражению гидротехников, полностью зарегулирован.
То же самое произойдет с Неманом. И ему катить свои воды через несколько возникающих на его пути ступеней. Одна — Каунасская гидростанция — уже стоит под нагрузкой.
