Молния озарила небо. Громыхнуло так, что стекла задрожали. Арт глубоко вдохнул. Хватит! А то и правда останутся от столицы одни руины. Эрин далеко, не остановит.
– Арт?
– Хватит разговоров. – Артиан встряхнул головой, прогоняя непрошеные эмоции. Чужие. Отец тревожился, на самом деле. И от этого было только больнее. – Я вернусь в Тервин. На ближайшие лет десять – так точно. Эрин снимет рабскую печать, он обещал. Если сдержит слово, попрошу его поставить другую.
– Арт, ты нестабилен. Тебя там просто уничтожат!
– А здесь – нет? Папа, я устал. Бегать, прятаться. Моя жизнь превратилась в один сплошной побег. В Тервине у меня есть шанс просто жить. Хотя бы пока магия не станет стабильной. Так что верни мне крылья, и покончим с этим.
– И что ты с ними будешь делать? – спросил Эррион.
– Его темнейшество попробует вернуть их на место. – Повел плечами, ощущая не так давно зажившие раны.
– Что? Он же темный, Арт! Вы в своем уме оба?
– Эрин – целитель, папа. Один из самых сильных в этом мире. Если кто-то и сможет помочь, то только он. Ты разве не участвовал в последней войне?
– Нет, конечно! Стар я для походов.
– А, значит, ты не видел… А мне рассказывали. Но я не поверил, конечно, что один темный может сдержать армию демонов. Оказалось, может. От Эрина не фонит ненавистью, или злобой, или завистью. Поэтому я и заставил его поехать со мной. Потому что я – трус. Я боюсь, что не справлюсь один. Понимаешь?
– Мне страшно тебя слушать, Арти, – вздохнул Эррион. – Страшно и больно. И я не знаю, что тебе сказать, чем помочь. Просто знай, что я всегда жду тебя. И я всегда на твоей стороне, что бы ты ни решил.
– А как же «позор рода»? – Арт с горечью усмехнулся.
– Ты – всего лишь глупый ребенок, который ввязался в игру не по зубам. Хочешь ехать в Тервин? Поезжай. Скажешь поехать с тобой – я поеду, и в бездну короля и демонов вместе с ним.
– Не надо, я справлюсь. И я должен Эрину три жизни. Потому что он трижды спасал мою.
– Будь по-твоему. – Эррион устало склонил голову.
– Спасибо, что не пытаешься остановить.
Арт все-таки преодолел себя и шагнул вперед, чтобы суровый демон на миг его обнял – и отпустил.
– Ты устал, отдыхай, – сказал Эррион. – Утром вернемся во дворец. И прекрати наконец этот дождь. И без того на сердце камень.
Стук капель по стеклу становился все реже. Арт прошел по коридорам в комнату, знакомую с детства. Здесь ничего не изменилось. Те же занавески на окнах, те же обои на стенах. Портрет матери в нише у окна – один из двух оставшихся. Второй, свадебный, был у отца. На этом матушка была запечатлена в последние годы жизни. Она мягко улыбалась – она всегда улыбалась, даже когда умирала. Арт жалел, что так мало на нее похож. Прикоснулся к шершавой поверхности холста… Он дома. Всего на одну ночь, чтобы снова уехать. В глубине души хотелось пойти к отцу и попросить переехать в Тервин, но – не сейчас. Только тогда, когда он справится с двумя видами магии, которые пытались ужиться в одном теле. Как Эрин сразу терпит свет и тьму? Это ведь невыносимо.
– Ри-на-на, – донеслось из угла, и Арт вздрогнул.
– Шун? – Кинулся к шишиге. – Ты что здесь делаешь, малыш?
– Ри-на-ни.
– Защищать пришел? – Арт рассмеялся и прижал к себе шишигу. – Что, Эрин послал?
– Эр-рин, – подтвердил Шун, важно прохаживаясь по комнате. – Эр-рин на-ра.
– Эрин беспокоится… Передай, что я в порядке. Ты можешь дотянуться до него отсюда?
– Ри.
– Вот и чудно.
С шишигой сразу стало спокойнее. И особняк перестал казаться пустым и зловещим. Они с Шуном отлично ладили. А после того, как вместе тащили Эрина с того света, и вовсе подружились.
– Ни? Ри? – спрашивал Шун.
– Нет, я не грущу, – отвечал Арт, раздеваясь и укутываясь в одеяло. – Иди сюда.
Похлопал по свободной подушке. Шун забрался на кровать, сверкая глазками-бусинками. Хоть одно живое существо, которому приятно находиться рядом.
– Ри-на-ти, – рассказывал Шун о впечатлениях от разговора Арта с отцом.
– Считаешь, я был не прав?
– Ри.
– Вот тебе и «ри»… Не понимает он меня, Шун. Хочет посадить на цепь. А я так не могу.
– На-ри.
– Да, отцов не выбирают. Не обращай внимания, просто день был тяжелый. В Демониуме все дни тяжелые, Шун.
– Ри.
– И тебе здесь не нравится? Неудивительно. Демониум – затхлое место. В Тервине лучше.
– На-ри-ри.
– Да сплю я, Шун. Сплю.
Арт закрыл глаза, а Шун затих на подушке, присматривая, чтобы ничего плохого не случилось, пока Арт снова не окажется под присмотром Эрина.
Утро у меня выдалось то еще. Мало того, что проснулся ни свет, ни заря, так и сразу после раннего завтрака меня атаковали друзья. Они ввалились ко мне, стоило отставить пустую чашку, – Лави, Кай, Энтареаль, Ник. За парнями тянулись девушки. Лайла и Наариэн заглянули как бы между прочим, но плавно переместились в мою гостиную. Я смотрел на них – и не понимал причины такого собрания. А гости говорили о каких-то пустяках. Например, странной погодной аномалии, когда вчера сначала мела метель, а затем вдруг полил дождь и грянул гром. Все-таки странные в Демониуме зимы.
