Согласно указанию Кутузова, к 28 сентября Шепелев составил корпус численностью до 5000 человек для прикрытия Брянска из шести конных сотен и четырех батальонов 1-го и 2-го пеших полков Калужского ополчения, 135 драгун, 100 мушкетеров, 50 егерей, 1-го егерского батальона из 442 человек регулярных войск, двух казачьих полков и 120 казаков Тептярского полка, а также 6 орудий (Кутузов рекомендовал придать 9 орудий) под командованием генерал-майора в отставке В. М. Яшвиля. А уже 29 сентября корпус выступил из Калуги «через Мещовск и Жиздру в г. Брянск и оттуда, очистив Рославль, производил бы поиски над неприятелем как в… Рославльском, так и в Елинском уездах, не оставляя Брянска без надежнейшего всегдашнего прикрытия». 6 октября Шепелев уже доложил Кутузову об освобождении от неприятеля города Рославля. 14 октября отряд Яшвиля в составе двух казачьих полков, одного егерского батальона и одного пешего батальона Калужского ополчения с четырьмя орудиями общей численностью в 2122 человека начал очищать от неприятеля Ельнинский уезд. Однако, встретив упорное сопротивление у города Ельни, Яшвиль блокировал его с трех сторон, оставив свободной только дорогу на Смоленск. Неоднократные попытки французов прорвать блокаду успеха не имели. 5-й полк ополченцев полковника Шепелева в результате упорного боя 15 и 16 октября в селениях Семенове и Ступино отбросил неприятеля от города Рославля к селу Хмаре, взяв в плен 95 и уничтожив 70 вражеских солдат.
Получив сведения о готовящемся контрнаступлении неприятеля, насчитывавшего в Ельне и Хмаре более 5000 солдат при 7 орудиях и ожидающего подкрепления из Смоленска, генерал Шепелев оставил при ополчении подразделения регулярной пехоты (100 мушкетеров, 50 егерей и егерский батальон из 442 человек), а также два казачьих полка. К вечеру 23 октября к Яшвилю для усиления подошел 4-й пеший полк ополчения. Было решено ранним утром следующего дня штурмовать Ельню, но ночью стало известно, что неприятель оставил город и отходит к Смоленску. 24 октября отряд Яшвиля занял Ельню и преследовал отступавших казаками. За 10 дней боев в районе Ельни враг потерял 807 человек убитыми и 73 пленными, а ополчение — 24 воина убитыми и 130 ранеными. 18 офицеров ополчения были представлены к наградам. Ополченцы отбили много оружия, продовольствия и награбленных вещей. В результате Ельнинский и Рославльский уезды были очищены от неприятеля. Причем отряд полковника Шепелева вернул в ополчение 302 пленных воина Рославльского уезда. Только после этого генерал Шепелев отправил из ополчения все приданные регулярные подразделения и двинулся с ополчением к г. Мстиславлю. Однако при подходе к Мстиславлю Шепелев узнал, что город оставлен французами, и послал казаков полковника Андрианова 1-го преследовать их. 4 ноября ополчение вступило в Мстиславль.
Оставив в Рославле и Мстиславле по одному полку, Калужское ополчение, забрав оставшиеся в Калуге батальоны, выступило к Могилеву, уже освобожденному от неприятеля. Сюда же подошли и батальоны, несшие кордонную службу и пополненные добровольцами из отрядов самообороны. К Могилеву подошли и восемь батальонов, ранее находившиеся в Калуге (по два батальона от 1-го и 2-го полков и 5-й пеший полк). Из Могилева в ноябре — декабре 1812 года по указанию Кутузова были командированы в Бобруйск до 2000 калужских ополченцев, включенных во временный гарнизон этой крепости. Это были четыре батальона, по два от 2-го и 4-го полков, под общим командованием полковника Раевского. Остатки их вернулись домой лишь в начале 1815 года, потеряв от болезней и лишений половину личного состава. Умершего Раевского в начале 1814 года заменил капитан Александровский, который осенью того же года докладывал калужскому губернскому предводителю дворянства: «…почти все время… довольствовались из магазина находившимися слишком два года сухарями, выветрившимися и потерявшими настоящую питательность, не получая вовсе по нескольку месяцев винной и мясной порции, а если оная и получалась, то за прошедшее время деньгами, кои не могли претерпенных невыгод ослабевших в здоровье людей вознаградить. Одежда, обувь на людях от всегдашнего употребления обветшали, а наступает зима, и люди могут от голода при своей наготе потерпеть великий вред».
