- Пожалуйста, останься, - попросила Кассандра, взяв меня за руку. - Дело такое... придется ждать... Джейми сейчас в палате вместе со своим братом. Ты помнишь Питера? Туда разрешают заходить одновременно только двум посетителям, поэтому мы вышли... - Ее голос задрожал и затих.
Я присела с ними на несколько минут. Мой взгляд упал на женщину, лежавшую в отдельной палате напротив. Дверь была открыта, и до нас доносилось ритмичное шипение ее респиратора.
- Я слышала, ты в Лондоне преуспела? - нарушила наше молчание Кассандра.
- Да. Я возглавляю театр через дорогу от здания, которое арендует Джейми.
- И как вам соседство? - поинтересовался Боб.
- О, было забавно встретиться снова, вот так оказаться в двух шагах друг от друга, - солгала я.
Я хотела еще что-то сказать, но из палаты вышел Питер. Он выглядел грустным, но подошел и обнял меня.
- Может быть, и ты туда зайдешь? - мягко спросила меня Кассандра. - Ты всегда нравилась маме...
Я не смогла сказать «нет». Они ведь жертвовали ради меня частицей того драгоценного времени, которое у них осталось на общение с родным человеком...
- Я заскочу только на минутку. - сказала я. - Ой, простите, это прозвучало как-то неправильно... Я...
- Натали! Ты приехала. Ты привезла Джейми. Ты не сказала ничего плохого, -утешила меня Кассандра.
Я улыбнулась и направилась к двери. Тихо постучав, я вошла в палату.
Она была голой и белой. Лучи заходящего солнца пробивались сквозь жалюзи, отбрасывая лестницу света на голубое одеяло, накрывавшее бабушку Джейми. Я попыталась вспомнить ее настоящее имя, но не смогла. Мы всегда звали ее просто бабушкой. Ее тельце под одеялом показалось мне невероятно маленьким и щуплым. Лицо избороздили морщины, но оно было умиротворенным и добрым -как и раньше. Старость не испортила ее. Я всмотрелась в ее лицо - каждая морщинка была оставлена жизнью, прожитой полноценно - с веселым смехом и изрядной порцией переживаний, что выпадают на долю любому человеку. Ее седые волосы - мягкие и длинные - разметались на подушке. Когда я увидела ее закрытые глаза, мне на мгновение показалось, что я опоздала... Но сидевший у ее постели Джейми, взглянув на меня, нежно взял бабушку за руку. Я молча присела на стул напротив, по другую сторону кровати.
- Возьми ее за руку, - тихо сказал мне Джейми. - Так она понимает, что не одна.
Я взяла ее руку: она была теплой и мягкой. А подушечки пальцев такие гладкие! Она открыла глаза и улыбнулась.
- Привет, - поздоровалась я.
- Натали привезла меня сюда сегодня, из Лондона, - сказал Джейми.
Губы его бабушки слегка пошевелились. Джейми наклонился, и она что-то ему прошептала. Джейми рассмеялся.
- Что такое? - спросила я.
- Она хочет, чтобы мы взялись за руки...
Я снова посмотрела на бабушку, а она улыбнулась и слегка наклонила голову. Джейми протянул мне руку, и я ее взяла, замкнув круг. Бабушка попыталась сказать еще что-то, но с ее губ сорвался только дребезжащий звук, и она закашлялась. Она закрыла глаза, и мы молча смотрели на нее несколько секунд.
- Ей больно? - прошептала я.
- Не знаю, - пожал плечами Джейми.
Мы еще несколько минут понаблюдали за ней, прислушиваясь к ее шумному дыханию. Потом она выдохнула и перестала дышать... После жуткой паузы бабушка сделала новый вдох, ее рот широко раскрылся. Затем опять выдохнула, и на этот раз пауза перед вдохом продлилась еще дольше.
- Что нам делать? - растерялся Джейми.
- Пойду позову кого-нибудь, - сказала я, бросаясь к двери и открывая ее.
Когда Кассандра, Боб и Питер увидели мое лицо, они поспешно бросились в палату. Я почувствовала, что Джейми стоит рядом со мной, когда он взял меня за руку. Бабушка продолжала дышать, но паузы между вдохами и выдохами увеличивались все больше.
- Врач сказал, что морфин поможет ей расслабиться, - тихо сказала Кассандра. А потом наклонилась и погладила мягкие бабушкины волосы. - Все хорошо, мамочка. Ты идешь, идешь и скоро встретишь папу... Он тебя ждет...
Я хотела уйти, но Джейми сжал мою руку. Его бабушка сделала еще один слабый вдох, выдох... Мы только стояли и наблюдали за ней.
Кассандра и Боб начали тихо читать «Отче наш»; мы все взялись за руки и встали в круг. Пока мы произносили слова молитвы, бабушка становилась все белей и белей. Она была бледна, еще когда я только увидела ее, но теперь все краски словно разом растворились и исчезли.
А в следующий миг она ушла.
Мы замерли, не в силах оторвать глаз от усопшей.
- Ее больше с нами нет, - сказала Кассандра, разрывая круг и вытирая слезу тыльной стороной руки.
-Давайте я схожу позову врача, - предложила я. Вся дрожа, я выскользнула в коридор и махнула проходившей мимо медсестре.
Пока врачи и медсестры молча хлопотали в палате, я решила уехать. Джейми спустился со мной в приемное отделение, где было пугающе пусто. У дверей мы остановились.
- Я сожалею, Джейми, - сказала я, обнимая его. - Я очень-очень сожалею...
- Спасибо, - отозвался он.
