На поле битвы при Филиппах погибло большое количество знаменитых римских фамилий. Кроме Брута, не оставившего детей, там погибли единственный сын Катона, единственный сын Лукулла, единственный сын Гортензия и Луций, племянник Кассия. Некоторое число проскрибированных и заговорщиков, взятых в плен, в том числе Фавоний, были тотчас же убиты.[660] Ббльшая часть разбитой армии отступила со своими офицерами к морю, села на корабли и укрылась на острове Фасос. Там она могла оставаться некоторое время для поднятия своего духа, потому что у их противника не было флота. Но удар был слишком жестоким, и было почти невозможно победить всеобщее уныние. Много знатных людей — Ливий Друз, Квинтилий Вар, Лабеои и многие другие — покончили жизнь самоубийством.[661] Что же касается тех, кто не потерял надежды на будущее, то скоро каждый из них стал думать только о себе, и армия распалась. Гией Домиций овладел на Фасосе несколькими кораблями, пригласил некоторых солдат разбитой армии и отплыл с твердым решением заняться разбоем, если не появится другое средство к спасению.[662] Сын Цицерона подался на Восток, где на берегах Азии еще находился отряд армии и флота под начальством Кассия Пармского; другой отряд под командованием некоего Клодия и Туруллия находился на Родосе, третий под начальством Мания Лепида — на Крите.[663] Луций Валерий Мессала Корвин и Луций Бибул, зять Брута, остались на Фасосе; после того как они отказались от командования, предложенного им еще бывшими на острове солдатами, сдались Антонию, который сохранил им жизнь после того, как они выдали казну и запасы армии.[664] Второстепенные офицеры были прощены более легко и могли, подобно Квинту Горацию Флакку, с большей или меньшей легкостью вернуться в Италию. Что касается солдат, то большинство их либо сдались, либо разъехались.
