Он погладил её по попе, а потом поцеловал несколько раз в её упругие булочки, от чего Катя захохотала, встав на колени.
— У меня что до сих пор там пятнышки? — начала она их поиски развернувшись назад.
— Нет. Красивая у вас попа, Катерина Викторовна.
— Да? Спасибо, у вас тоже ничего, Вадим Алексеевич, я её щупаю, пока вы меня трахаете. Заметили, наверное?
Вадим взял её за бёдра, лёг на спину и притянул к себе, чтобы она села на него сверху, а он полюбовался её грудью снизу. Катя же села на него и тут же упала вниз, прижавшись всем телом.
— От меня теперь мужиком пахнет и твоим мылом мужицким!
— Ты против?
— Я привыкла пахнуть клубничкой или манго, лавандой иногда. Смотря какое настроение, — вздохнула Катя. — Что будем делать?
— А ты зачем пришла?
— Так-то трахаться, естественно, — фыркнула она. — Кровать у тебя как будто только для этого и создана.
Катя резко подняла с него своё тельце и уставилась на Вадима, уперев руки в бока.
— Я голодная! Ну и чем ты меня будешь кормить?
— Хочешь, блинчики тебе испеку?
— Мне?! Блинчики?! — вытаращила глаза Катя. — А у тебя варенье есть?
— Нет, у меня вообще дома ничего сладкого.
Бесстыжая стремительно слезла с него и начала одеваться.
— Вставай давай, в магазин поедем за вареньем! Сегодня то уже поздновато калориями животик набивать. Ночью будешь жарить меня, утром блинчики! Смотри не перепутай!
Отбитая оделась и встала около кровати, хмуро осматривая явно никуда не собиравшегося Вадима.
— Великан, вставай давай! Я обожаю с тобой куда-нибудь ездить, когда ты за рулём! И кушать очень хочется!
Они поехали в большой супермаркет, где Катя весело скакала рядом с ним, как ребёнок, пока он вёз тележку. Она долго выбирала варенье, с которым будет лопать блинчики. Ещё дольше она выбирала гели для душа, мочалку, шампунь, бальзам и маску для волос.
— Что так смотришь? — спросила она его, видя как он смотрит на кучу баночек в тележке. — Хочешь, чтобы я к тебе в гости ещё пришла? Это всё мне с собой что ли таскать?
— Это всё? Можем уже на ужин что-то съедобное выбрать?
— Я так-то продукты на ужин уже купила, они у меня в машине, кстати, надо не забыть вытащить.
— Ты в гости со своими продуктами приезжаешь? Как удобно. Зря тебя раньше не позвал.
— Так ты меня и не звал, нехороший ты, человек, — толкнула она его в плечо. — А почему ты меня ни разу в гости не позвал? Я уж подумала, тебе есть, что прятать. Жену, например, штампа-то у тебя в паспорте нет, но вдруг ты во грехе живёшь.
— Мне у тебя нравится, там как-то уютно, а у меня дома я просто сплю тренируюсь в перерывах между работой.
— Так это потому что я дома уют-то создаю, Великан, ничего ты не понимаешь в жизни! — фыркнула она. — Теперь у тебя буду уют создавать!
К вечеру Катя уже присвоила себе одну из его рубашек, приготовила ужин и даже успела помыться гелем с запахом манго, чтобы перебить мужицкий запах Вадима. Он показал ей дом, начиная с тренажёрки.
— Любишь потеть в одиночестве?
— Да, можешь пользоваться, со мной потеть.
— У тебя даже беговой дорожки нет, я степпер не люблю, — фыркнула она. — Ого у тебя сауна для шлюшек дома есть?! Ни фига, вы, барин, зажрались!
— Здесь я предпочитаю тоже потеть в одиночестве. Хочешь, можем вместе?
— Нет, спасибо, я с тобой ночью попотею.
Ей понравился его рабочий кабинет, она осмотрела книги на полках, внимательно вчитываясь в корешки. Потом она стала брать их по одной, и её недочитанная книга всегда лежала на тумбочке с её стороны кровати. У неё теперь появилась своя сторона кровати в его доме.
— А что на втором этаже?
— Ничего. Зачем он мне?
— В общем, мне очень спальня понравилась. Пошли ещё раз ее посмотрим?
— Господи, Катя, откуда в тебе столько энергии? — проворчал Вадим, обнимая её сзади.
— Мама говорит, что меня пчёлка в детстве укусила, прям в попку, и там осталось её жало, которое мне покоя не даёт!
— Целый рой пчёл похоже…
Весь следующий день из постели они почти не вылезали только, чтобы поесть, такие были планы на выходные. Утром Катя уплетала блинчики, которые он ей пожарил, с таким удовольствием, будто ничего вкуснее в своей жизни не ела. Она измазала всю мордочку в варенье и так смеялась, когда он пытался вытереть её салфеткой.
— Можно я к тебе ещё раз приду? Мне у тебя понравилось! — улыбаясь во все зубы спрашивала она в утро понедельника, когда они завтракали перед работой.
— Можно, можешь даже продукты не привозить.
— Только мне надолго оставаться у тебя нельзя.
— Это почему? Родители не разрешают? — усмехнулся он.
— Ну, я смотрю, ты порядок любишь, в шкафу у тебя прям всё так красиво разложено и повешено, везде всё на своих местах. А я как бы это сказать — бардачница. Чистоту я люблю, особенно, если её не мне наводить, но вот вещи у меня дома свои места иногда путают. Да кого я обманываю? Они его и не знают, — печально вздохнула Катя. — Поэтому не будем тебя лишний раз раздражать, да?
— Ничего, бардак после тебя я переживу, особенно в кровати, — усмехнулся Вадим. — Буду заказывать генеральную уборку, после каждого твоего прихода.
