И моя бывшая лучшая подруга, похоже, чувствовала себя третьей лишней, хотя я продолжала заваливать её письмами и подходила к ней на каждом балу.
— Опаздываем, Мио! — Финн буквально кипел от негодования, и я могла его понять: из-за моего нового графика ему пришлось отказать куче постоянных клиентов. А те не понимали, что происходит, ведь все они были уверены, что именно Финн выполняет всю работу, а я лишь его стажёр.
— Извини, — улыбнулась я другу. — Всё будет хорошо, ты же знаешь. Свали всё на меня, скажи, что не можешь оставить своего стажёра без практики.
— Стажёра, работающего ритуалистом во дворце?! Ты себя-то слышишь? — Финн встрепал свои непослушные волосы и шумно выдохнул. — Мио... так больше не может продолжаться.
В его голосе слышалась усталость и отчаяние, но я лишь упрямо встряхнула головой, прекрасно понимая, что сейчас у меня целых три работы, две из которых незаконны, и так действительно не сможет долго продолжаться.
— Я уйду из игорного дома, Финн, но не сразу. Нужно расстаться с Меррин на хорошей ноте. А если меня уволят из дворца? Я ведь ещё не прошла испытательного периода, а у неё в городе огромные связи. Мы должны..., нет, обязаны поддерживать отношения с Меррин!
— Ладно... прости, у меня нервы сдают. Я просто чувствую, что всё вот-вот рухнет. Отцу с каждым днём хуже, нужно снимать наши запасы — держать их на ячейке отца становится слишком рискованно...
— И что? Держать все деньги на руках? — нахмурилась я. — В банке на кухне? Или у меня в комнате, куда ты даже приблизиться не сможешь?
Я решительно подняла голову и снова ободряюще улыбнулась, желая отвлечь его от проблем. Финн помог мне тогда, когда никто не протянул руку, рискуя всем, и я тоже не собиралась бросать его в тяжёлой ситуации.
В крайнем случае, уговoрю его наняться составителем глифов во дворец. Любая законная работа лучше, чем висеть на шее у родственников, которые тебя ненавидят и будут использовать денно и нощно, без возможности увидеть даже медяк за свой труд.
— Если всё пройдёт нормально, через три с половиной недели я смогу открыть ячейку.
— А если не пройдёт? А если отец умрёт раньше?
— Не говори так... Мы найдем выход, и если что-то плохое случится... Тоже найдем. Прости, что оставила тебя так надолго, но и ты не помогаешь ситуации, только делаешь её ещё хуже тем, что видишь только плохое развитие событий. Ты вроде ритуалист, не провидец? Поэтому давай работать над решением проблемы, пожалуйста.
Увидев, как его лицо — безбородое, почти юношеское — немного расслабилось, я хлопнула его по плечу.
— Вот так. Мы справимся. Сначала к твоему клиенту, потом в игровой дом, а вечером я куплю тебе кружку пива в таверне. Жить в таком напряжении — с ума сойти, — сказала я, повеселев, направляясь в сторону указанного адреса, ещё не представляя, что уже этим вечером за кружкой пива нам предстоит обсуждать не только его проблемы, но и высочайших гостей, которых мы совершенно неожиданно увидим в игровом доме.
— Пиковая Линн, я не видел тебя здесь две недели! — голос Мартена Галя прозвучал требовательно, почти жёстко.
Словно он считал, что я обязана здесь находиться, появляться именно тогда, когда этого хочется ему.
Но следующие его слова и вовсе ошеломили меня.
— Назови мне свой новый график, как часто его можно менять? Мне поговорить с Меррин?
Да что на него нашло? И как, по его мнению, разговор с Меррин может что-то изменить?
У девушек, работающих за столами, нередко появлялись поклонники, а порой и настойчивые преследователи. Как правило, такими поклонниками оказывались женатые мужчины вроде лорда Галя. Меррин, улыбаясь таким лордам в глаза, уверяла, что сделает всё возможное, но вместо этого умело разводила слишком настойчивого визитёра с девушкой.
И до лорда Галя в игровом доме бывали куда более влиятельные господа.
— Думаю, вам стоит сегодня выбрать другой стол, милорд, — тихо произнесла я, улыбаясь подкрашенными губами, которые были видны из-под укороченной сегодня маски. — Уверена, бубновая Лейла за соседним столом принесёт вам не меньшую удачу.
О, как ему не понравились мои слова.
Он тяжело дышал, заметно нервничая, но при этом словно не мог отвести от меня взгляда — смотрел напряжённо, с вызовом.
— Мне плевать на удачу, Линн. Ты прекрасно знаешь, зачем я сюда прихожу. Я приходил последние пять дней, каждый день, зная, что рано или поздно тебе придётся появиться на работе.
Так и хотелось спросить: «меня-то это каким образом должно заботить?», но, конечно, я промолчала, сохраняя вежливую улыбку. Этот мужчина был мне совершенно безразличен, а его взгляды, полные мольбы и обожания, вызывали лишь отторжение.
Особенно вспоминая его жену, с которой наша семья была знакома.
— Тебе не обязательно заниматься этой работой, Линн. Я очень богатый и влиятельный человек… — он явно не хотел продолжать этот разговор здесь — всё время оглядывался по сторонам. — Я надеялся обсудить это с тобой в прошлый раз, но ты...
