Я лишь удивлённо подняла брови, но сдержанно кивнула, действительно не ожидая подобных слов. Иногда мне казалось, что он считает всех вокруг идиотами и никогда не скажет ничего положительного. Но, похоже, он прекрасно понимал, что сроки поджимают.
Все эти дни он работал одновременно с кронпринцем и с Его Величеством, оставаясь единственным ритуалистом, которому королевская семья полностью доверяла. И это не могло не сказываться на здоровье и резерве уже немолодого мужчины.
— График ритуалов у вас есть. Среди них два новых — я буду присутствовать при их проведении на второй и седьмой дни десятки. В остальном вам всё уже знакомо.
То есть, начиная с завтрашнего дня, я сама буду проводить плановые ритуалы в покоях Его Высочества? А также… присутствовать почти на всех выездах кронпринца?
— Ритуальные предметы будут готовиться младшими ритуалистами и ассистентами. Проверяйте их качество как минимум за два часа до проведения ритуала, — холодно добавил Моргрейв.
— Спасибо… за всё, мистер Моргрейв, — горячо поблагодарила я, понимая, что именно он, после ритуала непрошенных гостей, порекомендовал лорду Крамбергу меня на эту должность.
— Не стоит, — мужчина недовольно отмахнулся. — У вас свободны полдня. Вечером вам занесут график Его Высочества на завтра.
Мои уши тут же уловили это слово, и я подумала, что стоит сегодня узнать всё о займе в банке — на случай, если Финну с первого раза удастся сдать вступительные экзамены. Можно будет также встретиться с ним где-нибудь в таверне рядом с гостиным домом и выяснить, не нужно ли учесть что-то ещё.
Вот только… я не знала, достаточно ли одних слов Рона Моргрейва, или же мне стоит отпроситься лично у Его Высочества. Сейчас он, насколько мне было известно, общался с аристократами после очередного совета — не лезть же мне к нему в такой момент?
Однако именно такой ответ я и получила в приёмной лорда Крамберга: моё время определяет только Его Высочество, и даже слова Рона Моргрейва не означают, что я могу просто уйти. На то чтобы добыть этот ответ, я потратила почти сорок минут, проведённых в очереди к кабинету королевского управляющего.
Все эти недомолвки в моём расписании раздражали меня, но я не собиралась подавать виду. Вместо этого направилась к кабинету кронпринца и прошла чуть дальше — туда, где находился небольшой внутренний дворик неподалёку от комнаты, в которой каждые несколько дней собирался совет.
Двойные витражные двери были распахнуты настежь. Внутри действительно прогуливался Его Высочество, вот только, почему-то, он беседовал не со старшими сотрудниками дворца, а… с Корой Монтрас — тигрицей из рода северных графов. Рядом с ней стояла её мать, и я только теперь вспомнила, где видела эту женщину раньше: именно она вела беседу с Геленой де Рокфельт, когда я приносила свои показательные «извинения».
Прерывать разговор я не стала — остановилась в дверях, надеясь, что принц заметит меня. Стоять вот так, в стороне, не смея произнести ни слова, как слуга, было немного унизительно. Я отчётливо ощущала разницу между ними и собой.
С другой стороны… Пора отрезать такие чувства и эмоции! Я здесь на работе, в то время как многие из них просто пытаются урвать немного внимания у власть имущих.
— И вы здесь, милочка, — раздался знакомый голос. Рядом со мной оказалась оказалась не кто иная, как графиня де Рокфельт — мать моего бывшего жениха. — Надо же, вы оказались куда упорнее, чем я думала.
Почему-то мне казалось, что это вовсе не комплимент.
Графиня выглядела безупречно — с тонкими, светящимися золотыми волосами, собранными в изящную причёску, и в дорогом, вышитом платье, рукава которого обнажали запястья, но при этом свисали почти до пола.
— Меня зовут леди Валаре, — напомнила я почти скучающим тоном. Что ещё за «милочка»?
Похоже, в общении со мной Гелена де Рокфельт позволяла себе всё больше с каждым разом. В этот момент Каэлис Арно наконец обратил на меня внимание, но беседу с одной из своих потенциальных невест прерывать не стал.
— Постарайтесь не беспокоить нашу семью, включая моего мужа, раз уж вы смогли, в свойственной и так хорошо знакомой вам манере, проложить себе путь на такую должность.
А вот это уже было откровенным оскорблением.
— Осторожнее, Ваше Сиятельство. Вы сейчас намекаете, что Его Высочество выбирает себе людей, основываясь на неких… манерах. Должна ли я спросить его об этом?
Не стоит строить из себя наивную — графиня открыто намекала что я получила эту роль через постель. И что для меня подобное свойственно.
Услышав мой ответ, графиня де Рокфельт немного побледнела, но фальшивая улыбка на искусно вылепленных губах никуда не исчезла.
— Я ничего не сказала, — еле заметно пожала она плечами, пригубляя из тонкого бокала. — Видимо, вы трактовали мои слова о манерах по-своему. Другой бы сказал, что я даже сделала вам комплимент, милочка.
— Меня зовут леди Валаре, — повторила я, наблюдая за кронпринцем, который оставил на ручке леди Монтрас долгий поцелуй — чуть дольше, чем это было принято, но недостаточно, чтобы жест можно было считать особым знаком ухаживания.
