Ого, как он умеет! И ведь даже не повысил голоса. Но внезапно я осознала, что уже бодро марширую по направлению к креслу.
Спустя пару мгновений я уже опустилась на самый краешек и напряженно выпрямилась, с такой силой вцепившись в подлокотники, что вновь заныли костяшки, содранные вчера о нос Маверика.
Инвар подошел ближе. С вежливым полупоклоном протянул мне бокал.
Я не осмелилась протестовать, хотя мне совершенно не хотелось пить. Послушно приняла фужер и вновь замерла, держа его на весу.
– Не желаешь пригубить? – с иронией поинтересовался Инвар, продолжая стоять рядом. – Я помню о твоей нелюбви к алкоголю. Но, поверь, лучшего вина ты в жизни не пила.
«И вряд ли когда – нибудь выпью», – почему – то подумала я.
Понятия не имею, какое наказание меня ждет за все те безобразия, которые я творила последние пару дней. Одно радует: хоть реферат почти готов. Теперь если даже и вышвырнут из дворца, то не так страшно.
Как оказалось, властью обладал не только голос императора, но и его взгляд. Инвар лишь посмотрел на меня – и я сама не заметила, как подняла бокал и одним махом осушила его, почти не почувствовав вкуса дорогого изысканного напитка.
– Понравилось? – осведомился он.
– Очень! – заверила я, мысленно молясь всем богам, чтобы он не налил мне еще.
Для полноты счастья мне только напиться в присутствии императора не хватает.
И мой отчаянный внутренний призыв к помощи высших сил был услышан. А скорее всего, Инвар просто понял, что я и дальше намерена во всем соглашаться с ним, поэтому выпью хоть всю бутылку, если он это предложит.
– Как твоя рука? – спросил Инвар, забрав у меня фужер и поставив его на подлокотник соседнего кресла.
– Спасибо, все хорошо, – ответила я.
– Правда? – с сарказмом переспросил Инвар.
Ловко перехватил мою руку и сжал ее в своей ладони.
Я замерла, не зная, как поступить. Одернуть руку? Потребовать прекратить это? Да он, в общем – то, пока просто разматывает повязку. Наверное, желает проверить, не осталось ли у меня шрамов после вчерашнего происшествия.
Инвар быстро и легко избавил меня от бинтов. Низко наклонился, внимательно изучая совершенно чистую кожу, на которой не было и следа. Затем подушечкой большого пальца легонько тронул мои костяшки, все еще немного опухшие. Их окутало легкое голубоватое свечение, которое тут же впиталось без следа.
Я удивленно пошевелила пальцами. Сжала и разжала кулак. Ну надо же. Как будто и не била вчера никого.
Я думала, Инвар начнет расспрашивать, что со мной произошло. Но ошибалась. Он не задал никакого вопроса.
«Наверное, Теон доложил ему, чему стал свидетелем, – подумала я. – Поэтому Маверика и не было сегодня на конкурсе».
– Спасибо, – сдавленно поблагодарила я.
– Сегодня ты как никогда немногословна, – насмешливо заметил Инвар. – Прямо не узнать прежнюю Шиару.
Я опять уткнулась носом в грудь, с отчаянием почувствовав, как щеки и шею начала заливать привычная теплота смущения.
Точно ведь издевается надо мной! Да поняла я свою ошибку. Поняла, осознала и ужаснулась. И до сих пор продолжаю ужасаться, между прочим.
Внезапно Инвар присел рядом со мной на корточки. Указательным пальцем легонько приподнял мой подбородок, заставив смотреть в глаза.
Я с тихой обреченностью повиновалась и утонула в грусти, которая до краев переполняла его темные глаза.
– Вот поэтому, Шиара, я до последнего не желал признаваться тебе в том, кем являюсь на самом деле, – серьезно и очень печально произнес Инвар. – Знал, что так получится. Что из веселой и забавной девушки ты превратишься в блеклую тень, не смеющую поднять на меня глаз.
– Но я не могу общаться с вами как прежде, – залепетала я, уловив в его голосе укоризну. – Вы ведь… император!
Последнее слово я выдохнула со священным трепетом.
– И что? – На дне зрачков Инвара промелькнуло раздражение. – Что это меняет? У меня рога выросли? Или клыки появились? Почему ты меня так боишься?
Я смущенно молчала. Неужели ему надо объяснять настолько очевидные вещи? Он ведь – император! А я обычная девица в поношенном затрапезном платье, у которой из всех достоинств лишь излишняя самоуверенность.
«А еще непревзойденный талант попадать в различного рода неприятности», – завершил внутренний голос.
– Разве за все время нашего знакомства я хоть раз обидел тебя? – с нескрываемой досадой спросил Инвар. Чуть усилил нажим пальцев, когда я попыталась опустить голову, более не в силах выдерживать этот поединок взглядов.
– Нет, но… – прошептала я, осознав, что дальше молчать просто глупо. Набралась решимости и выпалила на одном дыхании: – Просто я не знаю, как себя теперь вести.
– Так же, как и прежде, – с нажимом сказал Инвар.
Я озадаченно нахмурилась. Как – так? Как взбалмошная девица, которая ради достижения собственной цели перла вперед подобно слепому разъяренному троллю?
– И не смей мне «выкать», – серьезно предупредил Инвар, угадав мой следующий вопрос.
– Но слуги, – запротестовала я, – другие участницы…
