На выходе из города нам встретился ещё один обращенный, поэтому Маршалл разобрался с ним также легко, как и с первым. С помощью ножа, чтобы лишний раз не шуметь.
По пути Маршалл стал объяснять и показывать брату, как пользоваться и как перезаряжать пистолет, куда смотреть, чтобы прицелиться. В общем, Тоби прошел краткий курс по стрельбе, как и я в свое время.
Уже в лесу я заметила, что деревьев стало в разы больше, как и говорил военный. Кроны деревьев переплетаются, образуя невидимый купол, сквозь который пробиваются лишь редкие лучи солнечного света, рассыпая золотые искры на поверхность мха. Ветер, шепча в своих неуловимых перемещениях, донёс до меня запах смолы и увлажнённой земли, смешанный с лёгким ароматом цветов, распустившихся в подлеске.
Я даже остановилась на минуту, вслушиваясь в тишину, прерываемую лишь мягким шорохом листвы. Если бы не солнце, то обстановка выглядела бы слишком мрачной и даже пугающей.
За всё время в пути до самой ночи нам не встретилось ни единой живой или мертвой души. Лишь птицы в удаленности взлетали и нервно кричали, заставляя всех нас замирать и вслушиваться в посторонние звуки, но каждый раз мы продолжали идти.
Пещеру найти не удалось, поэтому пришлось заночевать возле стволов деревьев, которые образовали будто перевернутое дупло. Спали также по очереди, но по двое. В этот раз я не уснула в свое дежурство, потому что только и делала, что всматривалась в кромешную темноту и разглядывала иногда звезды на небе. Каждая из них, как искорка надежды, мерцала в бескрайних просторах вселенной, словно шепча свои секреты и обещая вечность.
Уже утром я приняла одну капсулу кафоликона, запив водой, которую мы набрали в роднике. Да, нам повезло, и родник остался на том месте, где и предполагал Маршалл. Парень принял кафоликон ещё вчера, а Тоби нужно выпить его через три дня, как и обычно.
– Маршалл, сколько тебе было, когда ты убил впервые человека? Или это был пожиратель? – Тоби обошел нас и развернулся, чтобы задать этот вопрос.
– Пожиратель. Мне было… я был в твоем возрасте. Толпа прорвалась в квадрант и один подобрался слишком близко, я и выстрелил случайно, но спасая себе жизнь.
– А человека? Во сколько ты убил человека?
– Несколько позже, – уклончиво ответил парень, а я вспомнила с какой хладнокровностью он убил мужчину в самую нашу первую с ним встречу. Похоже, Маршалл подумал о чем-то подобном, потому что мы переглянулись. – Стойте!
Я тут же замерла, а брат по инерции сделал два шага вперед и упал, а его тело поползло по земле. Несмотря на приказ парня, тут же кинулась за братом, но не успела его схватить, потому что его тело поднялось на веревках вверх. Ловушка.
– А-а! Эйви…!
– Тихо, – произнес Маршалл и начал оглядываться по сторонам, – это ловушка кого-то из общин. Обычно они делают нечто подобное. Сейчас я вытащу тебя, Тоби, не шевелись.
Маршалл взглядом проследил за тросом-веревкой и перерезал её, а я перехватила Тоби, чтобы он не встретился лицом с землей.
– А теперь быстро уходим отсюда. Возможно, ловушка старая и про неё уже забыли, а возможно, в ближайшее время здесь кто-нибудь появится. Смотрите под ноги.
Мы практически сорвались на бег, но продолжили смотреть под ноги, двигаясь очень быстро, желая, быстрее покинуть эту территорию. Остановились только, когда дыхания стало не хватать, и сделали несколько глотков воды.
***
Следующая остановка случилась только через несколько часов, когда брат натер себе мозоль на ноге. Я взяла несколько пластырей с собой, которые отдала ему.
Весь путь мы практически молчали. Я заметила, как Тоби так и стал нервно оглядываться после каждых пройденных десятков шагов. Наверное, только сейчас брат осознал, где именно находится.
Ночевать пришлось также возле стволов деревьев, но на этот раз первым лег спать Маршалл, а брат сел со мной, положив свою голову на плечо.
– Как думаешь, Эйви, маме и Кларку удалось уже добраться?
– Не знаю, Тоби. Возможно. В любом случае, на их автобус никто не нападал, иначе по Архейнхолу ходили бы слухи…
Как только я произнесла это вслух, то поняла, что слухи насчет нашего автобуса уже дошли и до всех жителей Архейнхола. То, что самоубийц высаживают где-то в лесу – известно всем, но автобус при этом всегда возвращается, однако… в этот раз этого не случилось. Что подумал Эллиот? Что мы с Тоби уже мертвы? Или друг верит в нас? В любом случае, я не узнаю ответа на данный вопрос.
– Я скучаю по ней, Эйви.
– Да, я тоже, Тоби.
Несмотря на то, как она с нами поступила, я всё же привыкла к родительнице, и её не хватает. От этого ещё неприятнее на душе.
Тоби незаметно уснул у меня на плече, хотя ещё пять минут назад уверял, что спать не хочет, и что я могу поспать вместе с Маршаллом. Я усмехнулась этому и вздохнула полной грудью ночную прохладу.
Глаза стали тоже понемногу слипаться, даже пришлось пару раз себя ущипнуть, чтобы не уснуть.
Я резко распахнула глаза, когда услышала звук сломанной ветки. Сердце вздрогнуло, и я стала спешно оглядываться в поисках источника звука, но ничего не увидела, однако, это не помешало повториться ему во второй раз.
