Минут через десять дорога сменилась. Слева — лесная посадка, справа — старый канал. Берега заросли, но вода ещё держалась. Мутная, с мусором. На берегу виднелись палатки — пустые. Один костёр, потухший давно. Мы не тормозили.
Вдруг — сигнал на панели. Не тревога, просто системная отметка: зона нестабильности. Программа помечала координаты. Прямо по курсу.
Я сбросил скорость. Впереди — мост. Небольшой, каменный. Слева и справа — разломы в асфальте, но проезд есть. На въезде — табличка с выцветшими буквами и знак радиации, перечёркнутый. Лаура подняла оружие на колени. Просто на всякий случай.
— Тревожит? — спросил я.
— Нет. Просто не люблю сюрпризы.
Мы пересекли мост. За ним — несколько километров ровной дороги, затем — спуск, старый туннель под железной дорогой. Тени. Влажность. Машина прошла без остановок. На выходе — свежие следы шин. Кто-то ехал до нас.
— Недавно, — пробормотал я.
— Возможно, час назад. Пыль не успела осесть.
— Значит, кто-то в том же направлении.
— Или возвращался.
Выезд из зоны — без происшествий. Свет стал ярче, небо прояснилось. Дальше — развилка. Один путь вёл в Градо — к побережью. Второй — на северо-восток. Я повернул, не глядя. Знал маршрут. Гориция. Только туда.
— Далеко? — спросила она, поправляя плечевой ремень.
— Не больше получаса. Если не встретим засаду.
Она хмыкнула.
— Значит, встретим.
Ещё десять километров — и начались первые признаки города. Обочины — ровные, но поросли травой. Над дорогой — растяжки с плакатами, старые баннеры: "EVACUAZIONE", "ZONA C", "RISCHIO". Никто их не убрал.
Слева показались жилые дома. Целые. Несколько окон раскрыты. Справа — автостоянка. Там стояли три машины. Не брошенные. Свежие следы от обуви в грязи под колёсами.
— Похоже, дошли, — сказал я. — Дальше — Гориция.
— Внутрь?
— Да. Найдём местный штаб. Или тех, кто его заменяет. Дальше Словения. Там только горы и леса. Надо бы отдохнуть перед выездом.
Она кивнула. Глядела в окно. Напряжённо. Настороженно. Город был близко. И с ним — всё, что может ждать внутри.
КПП стоял прямо на въезде в Горицию. Блоки, мешки, два пикапа, поставленные для перекрытия, пара бронежилетов на посту и пулемет на треноге. Справа — будка связи с поднятой антенной. Всё выглядело оперативно, но не расслаблено.
Я сбросил скорость. Подкатил ближе. Один из карабинеров вышел вперёд, поднял руку. Я заглушил двигатель, опустил окно.
— Nome? — хмуро спросил он, держа планшет в руке.
— По-английски, — коротко сказал я. — Не понимаю по-итальянски.
Он моргнул, потом кивнул кому-то за спиной.
— Имя, цель въезда?
— Код 731-Тень. Проверяй по базе. Мне нужен координатор штаба.
Молчание. Он отступил, начал что-то вводить на планшете. Двое сзади держали нас на прицеле, но не суетились — без паники. Через пару секунд один из них что-то тихо сказал первому. Тот глянул на планшет, потом снова на меня. Уровень напряжения в лице резко просел.
— Подтверждено. Проезжайте. Штаб на площади, здание муниципалитета. По главной направо, потом второй поворот. Вас уже ждут.
Я кивнул.
– А что они там в планшетах проверяют? Ты же никаких документов не показываешь. – Спросила Лаура.
– Справку запрашивают о человеке. У них уже новая база данных есть. С твоим системным именем и моим. Это не паспорт. Его не подделать и не изменить. Вот просто имя и уровень забивают и получают результат. По мне достаточно уровень вбить. Я наверное один такой...
Мы двинулись дальше. Улицы — живые. Машины стояли ровно, почти как до всего этого. Люди двигались: кто-то нёс коробки, кто-то что-то чинил, дети играли у стены. Пара патрулей — штабные. Чёткие. Без болтовни.
Но где-то с противоположной стороны города звучали выстрелы. Довольно часто.
Здание штаба узнали сразу. Трёхэтажное, светлое, над входом герб. На дверях — охрана, но уже не мелкая. Вся экипировка, система авторизации, рации. Флаг штаба — серый с тёмной полосой — висел рядом.
Я остановил машину, заглушил. Лаура осталась внутри. Я вышел.
— Жду здесь, — тихо сказала она.
Я кивнул и подошёл к входу. Один из охраны, молодой, с ПП на груди, остановил меня взглядом.
— Назовись.
— 731-Тень. Сообщи координатору. Мне сказали — ждут.
Он глянул на планшет, потом отступил.
— Проходи. Третий этаж. Табличка: «Оперативное планирование».
Поднялся по ступеням. Здание работало: по коридорам ходили люди, кто-то спорил вдалеке, раздавался звук принтера. Запах — пластика, бумаги и оружейного масла.
На третьем этаже — дверь, приоткрытая. Я толкнул.
Внутри — кабинет. У окна стоял мужчина лет пятидесяти, сухой, с серой короткой щетиной, в полевой форме. Без знаков различия, кроме серого жетона на груди. Он смотрел в окно, но сразу заговорил:
— 731-Тень?
— Да.
Он обернулся. Жестом указал на стул.
— Садись. Надо обсудить, куда отправим тебя дальше. Времени нет.
– Всё очень плохо?
Он кивнул, сделал шаг ближе. Лицо — сухое, серое, будто выжженное бессонницей. В глазах — не сомнение. Пустота. Та, что остаётся после месяцев в дерьме.
