— Вы останетесь с ним, — произнесла она ровным голосом, не меняя при этом ни позы, ни выражения лица — С ним.
— Тебе уже кто-то сказал об этом? — спросила я.
— Нет, — ответила она.
Чайтра пошевелилась, превращаясь из статуэтки в обычную женщину. Оглядевшись вокруг, она юрко устремилась ко мне, напоминая своими движениями мышку, которой вдруг вздумалось перебежать открытое место. Подбежав, Чайтра взяла мою руку в свои. У нее оказались тоненькие и длинные пальцы и цепкая, твердая хватка. Мне показалось, слишком твердая даже для служанки. Откуда у нее такие силы? Оставалось предположить, что от страха. Я заглянула в ее глаза, там действительно стоял страх. Кажется, я даже ощутила его привкус.
— Не бойся за меня, — постаралась я успокоить ее. — Это то, чего я хотела для себя.
Но мои слова не произвели на нее никакого впечатления, на ее лице не мелькнула даже тень улыбки. Она взяла мою вторую руку и крепко сжала ее.
— Это опасно, — произнесла она наконец. — Неужели вы забыли мое предупреждение?
— Не забыла, — ответила я. — Оно сбывается, но я не вижу в нем угрозы и опасности. Ты сказала мне тогда, Что если я не уеду вскоре, то могу никогда не уехать. Выходит, ты права. Но получилось не то, чего ты боялась.
Сказав все это, я почувствовала облегчение. Я, но не Чайтра. Она медленно покачала головой.
— Я видела не замужество, — произнесла она. — Я видела безнадежность в надеждах и желаниях. На вашем…
Ее прервал громкий стук в дверь.
— Войдите, — сказала я неохотно. Я подумала, что пришла миссис Мэдкрофт. Оправившись после первого поражения в споре со мной и вооружившись новыми аргументами, она, наверное решила возобновить атаку. Но за дверью оказалась Урсула. Она величаво вошла в комнату с таким выражением лица, будто собиралась метнуть здесь пару, другую молний, сопроводив их добротным, раскатистым громом. Окинув нас взглядом с высоты своего божественного величия, она потом еще раз, просто сердито, посмотрела на Чайтру.
— Вы нас извините? — многозначительно произнесла она.
Под вопросом подразумевался приказ. Чайтра поняла его и, как прилежная, вышколенная служанка, приступила к немедленному исполнению. Поспешно собрав платье, она выскользнула за дверь. Перед тем, как исчезнуть, она посмотрела таким выразительным взглядом, что для его расшифровки мне потребовалось бы много дней. Я поняла главное, что лучше его не расшифровывать.
Пока служанка собирала Платье, Урсула проявляла заметные признаки нетерпения. Затем сама со стуком захлопнула за ней дверь.
— Жаль, что вы пренебрегли моим предупреждением, — сказала Урсула раньше, чем утих грохот от закрывшейся двери.
— Догадываюсь, что Эдмонд сообщил вам о нашей помолвке, — произнесла я совершенно спокойно.
— Помолвка?! — взвилась Урсула. — Это фарс. Вы подходите ему не больше, чем Лили подходила моему отцу.
— Думаю, что навряд ли… — попыталась я возразить.
— Конечно, мне следовало знать, чего вы хотите, семеня по дому в своих скромных черных платьях, — перебила меня Урсула. — Вы притворялись, что он вам не нравится. А сами тем временем завлекали его на каждом повороте. Вы делали все для того, чтобы обратить на себя его внимание. Но вы скрыли от него свою настоящую цель. Вы хитрая штучка, мисс Кевери. Такая же хитрая и бесчестная, как Фанни и ее мать.
— Вы ошибаетесь, — попыталась я вставить слово. — Все было совсем не так, как…
— Я теперь ни минуты не сомневаюсь в том, что Салли была права, — неудержимо нападала Урсула. — Вы намеренно зашли в пещеру. Когда вы благодарили его за спасение вашей жизни, вы намеренно прижимались к нему. Вы притворялись слабой женщиной, а сами в это время говорили ему о своей любви.
Урсула заметила, что мое лицо начало покрываться краской. Действительно, меня не могла привести в восторг та живописная картина, которую она изобразила на тему моих отношений с Эдмондом. Любопытно, что моя реакция вызвала гнев Урсулы. Ее глаза стали вылезать из орбит, а лицо покрылось яркими пятнами.
— И только подумать, — возмущенно кричала Урсула. — А я все это время пыталась вам помочь.
Вообще, она все больше и больше походила на сумасшедшую. Причем, на опасную сумасшедшую. Я уже начинала побаиваться, не бросилась бы она на меня. Словно угадав мои опасения, Урсула, размахивая руками, стала подступать ко мне. У меня перехватило от страха дыхание. Все же Урсула была и выше и крупнее меня, а ярость удесятеряла ее силы. Вдруг ей вздумается убить меня. У меня не было уверенности, что смогу защититься от нее. А она все подступала. Неужели и впрямь решила убить меня?
Как убила Лили?
Не знаю, почему мне пришла в голову эта связь между Урсулой и Лили? Возникшая шальная мысль снимала вину с Эдмонда. Я не знала, что мне теперь было делать: радоваться за оправданного Эдмонда или же опасаться за свою жизнь и принимать меры для ее защиты? Во всяком случае, мое воображение проводило дальнейшие параллели. Понятно, что, сбросив Лили с балкона в церкви, Урсула теперь попытается сбросить с балкона и меня. Сил у нее хватит, решимости не занимать, а навыки сбрасывания уже есть.