Кажется, что Света не дышит, а потом краснеет и чуть слышно просит:
– Женя, дай мне, пожалуйста, телефон.
Павел
Подталкиваю сестру вперёд, немного отстраняя. Женя, не поднимаясь из-за стола, приветствует, предлагает садиться.
Добрая воля. Я помню.
Сажусь. Энджи всё ещё на ногах. Да, Евгений Егорович, вы, определённо, произвели впечатление. Тяну сестру за локоть, усаживаю в кресло рядом.
Тишина. Нашли, блин, время играть в гляделки. Сначала Свету мне верните, а потом делайте, что хотите. Стоп. Нет. Рудовых нам ни в каком качестве рядом не нужно.
– Евгений Егорович, повод для нашей встречи прежний – Светлана Колосова, – прерываю молчание я.
– К сожалению, ничем не могу вам помочь. Никакой новой информацией я не располагаю, – его ответ звучит вполне искренне.
– Располагаю я.
Вижу, как он подбирается.
– Сегодня я был свидетелем встречи Светланы с вашим отцом. Но не имел возможности переговорить с ней. А это очень важно для неё… и для меня. Я буду очень признателен, если вы поспособствуете и нашей встрече. Или хотя бы разговору, – перевожу дыхание.
Да, я давно так ни перед кем не распинался. Но ради Светы готов и не на такое.
Недоумённо приподнимает брови, кажется, он реально не в курсе.
– Отец прибыл только сегодня. К тому же у нас одна служба оповещения, если бы о Светлане что-то стало известно, мне бы уже доложили.
– Евгений Егорович, мы с вами оба отлично знаем, кто хозяин вашей службы. Поэтому, извините, но я не вижу смысла сомневаться в том, что видел собственными глазами.
Да, Женя, по желвакам, играющим на твоём лице, ты, конечно же, в теме.
– Знаете что, Евгений Егорович? – резко вклинивается в нашу беседу Энджи. – Мы со Светой расстались три часа назад. Мне её уже не хватает. Я хочу её назад. Я, Евгений Егорович, хочу достичь состояния, когда смогу отпустить Свету естественным образом, а не вырывая с корнем часть себя. Тем более, как вы можете убедиться, лично связавшись с Петром Романовичем, процесс пошёл, и я – не безнадежна, – напряжённо и с вызовом бросает она ему.
Не представляю, сколько сил ей сейчас требуется, чтобы сдержаться и не скатиться на «мелкого придурка».
– Заметно… – тянет он.
Затем вмиг оказывается на ногах и уже на выходе бросает, что, если всё так, как мы сообщили, он свяжется с нами завтра утром. Успеваю бросить ему вслед фразу, чтобы сказал Свете о том, что я – брат Энджи. Прозвучало странно. Надеюсь, Женя зацепил её хоть краем уха.
Свет, тебе же будет этого достаточно?
Секретарь вежливо нас выпроваживает.
– К отцу? – коротко интересуется Энджи, вздрагивая от телефонного звонка и со стоном вжимаясь в автомобильное кресло. – Ба. Мне конец! – Судя по бегающим глазам, она размышляет, как избавиться от телефона.
– Это не поможет. Отвечай. – Советовать легко, сам, скорее всего, подумал бы о том же.
– Да, Ба.
И далее краткие ответы смиренным, покаянным тоном. Похоже, что Ба уже предварительно пообщалась с отцом.
– Ну, да. Мне конец… – подтверждает Энджи, отключаясь.
– Да брось, учитывая, как на тебя смотрел Евгений Егорович, он этого не допустит, – говорю, не задумываясь, скорее, в надежде отогнать мысли о его заинтересованности в моей лисичке.
– Да? Думаешь, предложит, как и Ромка, быть второй женой после Светы? – бьёт она под дых в лучших традициях одного из сыновей. – А что? Я не против. Хотя… я бы предпочла её в качестве невестки. Как думаешь, Петька будет таким же ранним, как и отец? – Она знает, что делает, целенаправленно и со вкусом.
– Прости, Эндж, совсем не соображаю, что говорю, – беру себя в руки.
– Проехали. Хотя… все вы одинаковые. Света-Света! Но Алиска тут же… под боком.
– Эндж, не говори о том, о чём не имеешь ни малейшего представления! – Я понимаю, что цель этой перепалки – отвлечься от нашей проблемы, но мне жутко не нравится, какой оттенок она приобретает.
– А ты расскажи… чтоб имела, – обиженно надувает щеки она.
– Маленькая ещё!
– Заметь, ты говоришь это без одного ребёнка многодетной матери! – звучит значимо и с пафосом.
От продолжения столь увлекательной беседы нас спасает прибытие в дом отца. Дальше остаётся только ждать. Осознание того, что это может затянуться до утра, как и обещал Женя, сводит с ума.
Не могу отвлечься, беседа с отцом сходит на нет. Он вздыхает, похлопывает меня по плечу и уходит отдавать распоряжения на завтра.
Энджи переоделась, и теперь, в футболке и джинсах, с двумя заплетёнными ото лба косами, здорово похожа на участницу группы поддержки. Она комфортно возлегает на диване, закинув обе ноги на его спинку. Ба не одобрила бы. Отец просто рад, что «ребёнок» дома.
Когда в тишине раздаётся звонок, мы вдвоём зависаем на некоторое время. Телефон у Энджи в руке. Но уже через несколько секунд я с надеждой смотрю на экран, удерживая её свободной рукой от попытки отобрать его у меня.
Вызов от абонента «Мелкий придурок». Пусть всё будет хорошо!
Принять.
Светлана
Он – брат Энджи?
Близнецы не его дети? А какого-то Романа Свиридова?
Све-е-ет… Ты дура!!!
Ты не просто сбежала, ты на его глазах уехала с Рудовым.
Бо-о-оже… Как же стыдно!
