Гарри долго рассказывал Дадли суть плана, об устройстве поместья Малфоев и защитных заклинаниях, наложенных на него. Его двоюродный брат только молча сидел, сложа руки треугольником под подбородком, мясистый мизинец которого иногда подрагивал в такт настенным часам. Когда Гарри закончил, он откинулся на спинку ортопедического кресла и провернулся по кругу один раз.
— Проще говоря, ты просишь меня пройти сквозь какое-то опасное волшебство, на частную территорию к человеку, который возможно меня убьёт, чтобы передать его слуге твою записку? Ты за придурка меня держишь, да?
Гарри обратил внимания на фотографию, которая была в ярко-красной рамке на столе рядом с компьютером. Дадли быстро отвернул её от брата. Поттер тянул время.
— Мне нужна твоя помощь. Я знаю, ты вправе не соглашаться на такое, но если ты не поможешь, мне придётся действовать кардинально и, скорее всего, сжечь парочку мостов за собой, что может привести к смерти как минимум одного моего близкого друга.
Дадли снова занял позицию с руками-домиком и уставился на дверь. Там происходила какая-то возня, возгласы и вскрики. Вероятно, разгоралась ссора.
— Клариса, какого чёрта там творится? — заорал Дадли в трубку. Он просто не мог думать, когда рядом что-то шумело, за исключением океана.
Вместо ответа Клариса открыла дверь, пытаясь остановить какую-то женщину.
— Ваша жена, мистер Дурсль, я просила её, я говорила, что вы заняты и…
Женщина с пухлым лицом, тёмно-рыжими волосами и карими глазами, наконец, отвоевала своё место, и вошла.
— Оставь, Клариса, но больше не пускай никого, — махнул Дадли рукой.
Гарри узнал эти глаза и, судорожно перебирая в голове имена всех своих знакомых, вдруг осознал невероятную истину, которая его потрясла и заставила забыть о цели его визита к брату.
— Что такое, Сьюз? — спросил Дурсль свою жену.
Она молчала. Но Гарри и не нужно было её ответа, чтоб узнать, по какой причине она здесь. Перед ним стояла Съюзен Боунс, племянница известного политика, женщины, которую убил Волдеморт в последний год своего существования. Поттер медленно перевёл взгляд на брата, затем снова на Съюзен.
— Гарри… вот что! — воскликнула она, отвечая на вопрос мужа.
— Ты хочешь сказать, Большой Ди, что ты женился на волшебнице и не оповестил меня об этом?
— Какого чёрта я должен был это делать?
— Мы познакомились, когда Дадли с родителями был под защитой Ордена, в последний год войны — Съюзен, наконец, взглянула на Поттера.
Гарри схватил фотографию, опережая кузена.
— У вас сын?
Женщина улыбнулась, но улыбка вышла не радостной.
— Он сквиб, Гарри, потому я скрывала это. Я сама отказалась от волшебного мира ради сына. Не спрашивай… — она махнула рукой и села напротив Поттера на один из стульев.
— Съюз, мой кузен просит меня о помощи.
— Я уже знаю, Дадлик.
Гарри закатил глаза, однако супруги этого не заметили.
— Я же просил не использовать эти ваши штучки в моих делах.
— Но это особый случай, дорогой.
— Ну да, да… хорошо. Что тогда ты скажешь насчёт этого?
Женщина посмотрела на Поттера.
— Я против. Тем более Малфой. Гарри, ты отправляешь Дадли на смерть!
— Драко не убьёт его, — возмутился тот — я дружу с ним много лет.
— Именно поэтому тебе приходится теперь прибегать к таким методам?
— Если вы не поможете мне, никто не поможет!
— Дадли, я прошу тебя…
— Съюзен, Гермиона умирает!
Дурсль посмотрел на брата, затем на жену и разгладил усы. Ему вдруг отчаянно захотелось пойти против неё, против того, что она постоянно знает лучше него, что постоянно учит его жить.
— Я пойду, Гарри. Я согласен.
Съюзен сжала руки в кулаки.
— Хорошо, пусть будет по твоему. Но ты же не отправишься туда пешком?!
— Нет, я возьму вертолёт компании.
— С ума сошёл?! — она вскочила и встала над Дадли, опираясь руками на стол — если ты хочешь умереть раньше, чем доберёшься туда, то я запру тебя дома. В зоне действия любых заклинаний все эти магловские прибамбасы не работают. Как только ты попадёшь в них, все системы откажут, будь то механика или электроника или что-то ещё.
Дадли посмотрел на неё.
— И что ты предлагаешь?
— Возьми джип, так хотя бы тебе не придётся падать с высоты в несколько сотен миль.
Дадли Дурсль поправил галстук и повернулся к брату.
— Ну что, Поттер, я согласен на твои условия, только давай выйдем из здания как нормальный люди.
Гарри засмеялся.
— Идёт, Большой Ди.
***
Ночь тихо спускалась на огромное поместье, касаясь звёздами крыш башен, заглядывая остроносым месяцем в окна. Малфой-Мэнор хранил молчание, которое обволакивало и сад, и животных и все окрестности, молчание, которое не нарушал даже ветер. В одной из комнат, светловолосый мальчик сидел на подоконнике и вглядывался в тёмную даль, считая звёзды на горизонте. Из открытого окна пахло травами, созревающими яблоками и костром.
