— Увольняюсь! — заявила я. — Туфельку себе на память можете оставить!
Чувственная история. Читать по ссылке :)
Глава 46
Айя
— Билеты куплены. Агент по недвижимости свяжется с тобой на месте…
Слушаю доклад Кононенко и киваю, просто киваю.
Сил больше ни на что не остается.
— Айя, ты уверена, что стоит это сделать?
На плечо ложится горячая, сухая ладонь Михаила.
Я деликатно отъезжаю на кресле в сторону, делая вид, что потянулась за одним из своих набросков.
— Хочешь меня отговорить?
— Надеюсь, что удастся.
— Нет. Как только официально запустим продажи новой линейки, я сразу же покину страну. Мне нужно отдохнуть вдалеке от всего.
— Мне очень жаль, Айя, что так вышло. Я не стану говорить о том, что предупреждал…
— Вот ты и сказал, — замечаю ровным голосом. — Пожалуйста, не повторяйся.
— Ты выглядишь уставшей. Может быть, отдохнешь?
— Отдохну, когда все пройдет гладко. Еще одна просьба, Михаил. Поторопи разработчиков. Мне не хотелось бы напоминать об инциденте с Фадеевым, но ты сам сказал, он легко обошел защиту. Если рекомендованные специалисты не справятся, я буду вынуждена заключить договор с компанией Фадеева.
— Уверена, что он сделал то, о чем говорил?
— Уверена. В работе он не лажает, как на личном, — замечаю вполголоса.
Впрочем, уверена, что Кононенко услышал. Однако он будто не слышит меня:
— Возьмешь его продукт, даже сырой, в работу после того ада, который он для тебя устроил?
— Кесарю — кесарево. Или, как сейчас говорят, это бизнес, детка, ничего личного! Садятся же за стол переговоров даже старые враги. Я бы хотела больше никогда в жизни не слышать фамилию “Фадеев”, но я не могу ждать полгода или год, когда освободится место у разработчиков более высокого уровня. К тому же не факт, что они будут более результативны. Ведь несколько лет назад именно одна из рекомендованных тобой компаний выстраивала вот это все, — показываю на свой комп. — Так что будь добр, займись решением этого вопроса. Ах да, и еще один момент. Если ничего не выйдет, за стол переговоров с Фадеевым отправишься ты! — показываю на Кононенко острием карандаша.
Кононенко вздыхает, опускается на диван, вытягивает вперед длинные ноги, переплетает пальцы.
Наверное, хорошо, что он рядом. Это вносит нотки благоразумия в хаос, в который превратилась моя жизнь.
***
Когда Тарас своими жестокими словами, вырвал сердце у меня из груди, я была на грани срыва. Хотела немедленно его увидеть! Потребовала, чтобы Кононенко нашел мне способ увидеться с Тарасом. Я должна была поговорить с ним глаза в глаза, черт подери, какую чушь он нес! Почему не верил?
Да, я утаила от него часть проблемы, но искренне не хотела ему вредить… Жаль, забыла только, что благими намерениями дорога вымощена прямиком в ад. И не учла, что Тарас может вспылить настолько сильно.
Я хотела его увидеть. Плевать, каким способом нужно было добираться до Фадеева! Я знала, что у Кононенко есть связи, знакомые с очень широким кругом возможностей. Вплоть до личного самолета.
Договорился бы он насчет самолета? Даже если нет, я готова была ехать на машине. Пусть дорога заняла бы много времени.
Я была будто не в себе!
Эмоциональность Тараса, наши жаркие отношения на грани. Я была словно на адреналиновой игле, и решение проблемы мне тоже виделось исключительно в таком же свете.
Кононенко успокоил меня, осадил немного, даже голос повысил. Он заявил, что узнать, где и как проводит время Тарас можно гораздо более легким путем. Он признался, что сразу после того, как объявился Увалов, отправил охрану приглядывать не только за мной, но и за Тарасом… На всякий случай.
Подчиненный Кононенко вышел на связь и отчитался.
Подробно.
Полно…
За несколько часов пребывания в клубе Михаилу прислали несколько фото и коротких видео, где Тарас вальяжно отдыхает в шумной пьяной компании.
У него на бедрах какая-то шалава выплясывала, а потом опустилась на колени.
Эпичнее всего выглядело фото, где Тарас застегивал ширинку.
Бесстыжий.
Даже не подумали уединиться.
Наверное, у него вообще нет комплексов, а я слишком зашоренная и скучная для него?
Почему он не слышал мои признания в любви? Не поверил в них.
Или просто развлекался?! Я не знаю…
Почему все так плохо?
Я не могу трезво мыслить сейчас, просто не могу. Слишком больно. Всюду. Малейшее прикосновение причиняет агонию.
Я знаю, чьи руки исцелили бы меня или убили окончательно.
Руки Тараса, его губы…
Нет, нельзя о нем думать!
И если слова Тараса о том, что он меня не любит, были началом краха, его фото с другой — сердцевиной всего треша, то финалочкой стало мое фото, слитое в сеть.
Мое личное фото. Интимное.
Я там сплю обнаженной. Видно мое лицо, боковая поверхность шеи с засосами и абсолютно голая спина с верхней частью задницы.
Мне одного взгляда хватило, чтобы понять: фото сделал Тарас. В наше первое утро.
