– Ни за что не угадаешь, – торжествующе объявил Зарубин. Голос у него был усталый и тусклый, но способность веселиться он еще до конца не утратил. – Дима приходил уверять меня, что Хомич ни за что так не поступил бы, он гарантирует, головой ручается за товарища и очень просит его не подозревать.
– Ни фига себе, – протянул Антон. – Благородненько.
– Да брось, Тоха, ты всегда думаешь о людях лучше, чем они того заслуживают.
– Ну а что тогда?
– Не благородненько, а умненько. Колюбаев недавно перевелся, он новичок, а Хомич – старожил на Юго-Западе, всех знает, во всем разбирается, все информационные ниточки в руках держит. Благорасположение такого человека дорогого стоит. Поддержка, подпитка. Опять же, в долю может взять, если Колюбаев вотрется к нему в доверие.
– Резонно. Но тогда с меня не целая бутылка, а половина.
– Это с чего же?
– Плюс полбутылки – за то, что приходил Колюбаев. А минус полбутылки за то, что он никого не пытался слить, а, наоборот, защищал.
– Математик, – фыркнул Зарубин. – Ты себя с Каменской не попутал? Ладно, двигай к Палне, на месте разберемся.
От дома Каменской Сташис находился ближе всех и уже через сорок минут звонил в дверь ее квартиры. Тишина. Никто не открывает. И шагов внутри не слышно. Он позвонил еще раз, однако результат не изменился. Пришлось связываться с Зарубиным. Кузьмич, в принципе, мог и подшутить, за ним такое водилось, особенно в припадке плохого настроения. А в свете нынешних малоприятных событий настроение у полковника уж точно не самое радужное, так что злой розыгрыш – штука вполне ожидаемая.
Судя по фоновым шумам, Зарубин ехал по многополосной трассе, Антон слышал звуки проносящихся автомобилей, вой сирены и басовитое кваканье спецсигнала.
– Ты на часы посмотри, – сердито ответил Сергей. – Я тебе сказал: не раньше девяти.
Вообще-то ничего похожего Зарубин не говорил. Или Антон мимо ушей пропустил? А может, забыл?
– Тоха, она в восемь часов выходит с собакой. Спускайся и жди на улице, я скоро подъеду, если в пробку не попаду, но навигатор вроде ничего такого не показывает, еще два отрезка желтые, а потом все зеленое. Да, и в магаз заскочи, там рядом есть, купи чего-нибудь, а то неудобно, в гости все-таки идем.
– Кузьмич, ты когда успел барином заделаться? – усмехнулся Антон. – Не лопнешь столько указаний раздавать?
– Так тебе все равно проигранную бутылку покупать. Или уже купил?
– Нет, не купил, – признался Сташис.
– Ну вот и иди, проведи время с пользой, чего зря стоять-то?
Магазин действительно оказался совсем рядом. Антон первым делом подошел к полкам винной секции, долго и придирчиво выбирал напиток, после чего направился к «кондитерке» и начал бездумно брать и складывать в тележку все, что попадалось под руку: печенье, кекс, какой-то рулет с якобы ореховой начинкой, еще одно печенье, мармелад, шоколадный хворост… Для мозгового штурма нужен сахар, в этом он был твердо убежден, проверено практикой. В последний раз они с Ромкой в аналогичной ситуации уговорили две коробки шоколадных конфет. Правда, и выпили тогда немало, под конфетки коньячок отлично покатил. Но зато кое-что придумали и преступление все-таки раскрыли. Хотя и не факт, что помогло именно сладкое, а не алкоголь.
С пакетом в руках Антон вернулся к подъезду и почти сразу увидел Каменскую с мужем и крупной собакой: они подходили к дому с противоположной стороны. Пес немедленно кинулся обнюхивать брюки и ботинки незнакомца. Чистяков резко, но не сильно дернул поводок.
– Бруно, фу! – сказал он негромко, но очень твердо.
Лабрадор поднял голову и послушно сел.
– Леш, ну почему он тебя слушается, а меня нет? – жалобно спросила Анастасия.
– Потому что ты кричишь на него и впадаешь в истерику, а собаки от громких звуков и истерических воплей начинают нервничать.
Алексей приложил магнитную «таблетку» к домофону, открыл дверь и пропустил вперед Сташиса. К удивлению Антона, соседскую собаку не отвели к ней домой.
– Пусть с нами побудет, – пояснила Каменская. – Он и так целыми днями в пустой квартире, скучает, ему одиноко. Мальчики, идите пообсуждайте политику, а я пока ужин приготовлю. И Бруно с собой возьмите в комнату. Антон, когда ребята подъедут?
Сташис посмотрел на часы.
– Кузьмич должен вот-вот прибыть, а Ромке еще минут двадцать осталось.
– Нормально, как раз успею, – кивнула она.
Через полчаса все сидели за столом, поедая спагетти с соусом, состав которого Антон никак не мог определить. Чеснок и помидоры там точно были, но явно имелось что-то еще, и не одно, то ли базилик с розмарином, то ли приправы. «Надо будет спросить рецепт, – подумал он. – Наверняка что-то простое, даже я справлюсь, зато получается очень вкусно».
Бруно суетился вокруг них, подлезал под руку то к одному, то к другому, делал жалобные глаза и пытался положить морду на стол, чтобы эти глупые человеки поняли наконец: надо уметь делиться. Делиться почему-то никто не хотел.
Когда тарелки опустели, пес разочарованно вздохнул и печально опустил хвост.
