Он вышел из машины, оставив чемоданчик рядом со мной. Я посмотрела толстячку в спину, потом перевела взгляд на кейс, потом опять на толстяка и опять на кейс… В голове вспыхнула безумная идея. С самого начала проигрышная. Но мной руководил страх, он подчинял себе все эмоции, брал под контроль разум. Толком не осознавая, что творю, я стянула с себя полушубок со словами:
— Что-то жарко…
И незаметно прикрыла им кейс. Потом улыбнулась телохранителю в зеркале:
— Можно я тоже… ну это…
— Иди, — хохотнул тот.
Я вышла из салона с полушубком, в который завернула заветный «чемоданчик». Спина напряглась до предела. Мне казалось, амбал сверлит меня взглядом и начинает подозревать, что кейс у меня. Хотелось сразу же броситься наутек, но большущие каблуки не позволяли двигаться быстро. Кое-как доковыляв до ближайших деревьев, я спряталась за одним из них и начала напряженно думать. Что делать дальше? Бежать по лесу? Или где-то затаиться, подождать, пока они уедут, а потом стянуть ненавистный парик и остановить попутку? Ага, так они и уедут! Бросить какую-то девку — раз плюнуть, выругались бы и двинулись дальше, а вот кейс с крупной сумой упустит только дурак…
Не успела додумать мысль, как за спиной раздались знакомые голоса.
— Сбежала шлюха! Стащила бабки и флешку! Все стырила, гадина!
— Давай бегом в лес, ловить будем! Далеко не уйдет!
— Я прострелю этой суке мозги! — зло выплюнул толстяк, и шаги стали приближаться. А у меня сердце загрохотало как бешеное. Стянув тяжелые каблуки, бросилась вперед, куда глаза глядят. Идиотка! Я загнала себя в ловушку! Они же все равно найдут меня. И даже сумерки не спасут и не спрячут!
Я бежала что есть сил, с трудом разбирая дорогу, царапаясь о ветки и спотыкаясь. В конце концов ноги подогнулись, и я рухнула прямо на землю. А где-то совсем близко раздались глухие хлопки. Кто-то стрелял.
Октябрьская прохлада сделала свое дело: конечности окоченели. Нет, не так. Скорее, заледенели, потому что я не чувствовала ни рук, ни ног, а пальцы не слушались. Не знаю, как только удерживали кейс. Он лежал на земле, подо мной, а я — рядом с какими-то кустами, и просто умирала от ужаса. Шаги приблизились, а вместе с ними и голоса.
— Черт, показалось, — сказал телохранитель. — Упустили сучку!
— Нет, она где-то здесь.
Толстячок остановился совсем близко от меня, нас отделяли только густые ветки. Я максимально прижалась лицом к земле, надеясь, что он меня не заметит, а сердце билось как оголтелое и было готово выскочить из груди. Билось так сильно, что мне казалось, мои преследователи слышат этот стук и сейчас найдут меня.
— Сука, стащила кейс, как будто знала, что там лежит!
— Думаешь, ее подослали?
— Может быть.
Хрустнула ветка, и я зажмурила глаза. По телу прошла волна панического страха, меня начало ни на шутку лихорадить. Я уже видела, как этот жирный боров раздвигает кусты и находит меня… Поднимает за волосы, приставляет к горлу пистолет и стреляет… Мне казалось, я даже чувствую на губах солоноватый привкус крови…
— Борзый же сказал, что проколов не будет.
— Значит, о сделке узнали со стороны…
— А может, это шавки Ворона все подстроили?
— Не думаю. Какой смысл ему так подставляться? Девка явно неопытная, как поймаем — всех сдаст, как пить дать. Только идиот нанял бы такую дуру. Скорее всего это кто-то со стороны.
Еще один хруст. Боже… Я пыталась вспомнить хоть какую-то молитву, но мозг отказывался думать. Я превратилась в сплошной оголенный нерв и дергалась от каждого звука.
— Слышал? Шорох какой-то, — раздался голос телохранителя.
— Где? — насторожился толстяк.
— Где-то сбоку. Видимо, наша баба не одна, а с цепными псами.
Услышав последнюю фразу, я как тот феникс, восстала из пепла. Ну, образно, конечно. От мысли о том, что Ворон пришел на помощь, у меня слезы выступили на глазах. Не бросил, сдержал обещание…
Не успела я обрадоваться, как снова раздались отрывистые хлопки. Я сомкнула онемевшие губы, чтобы не закричать и не выдать себя. Продолжала неподвижно лежать и надеяться, что меня не пристрелят, как собаку. Может, и вправду Ворон пришел, а может это кто-то другой, от которого ничего хорошего лучше не ждать. Страх сжал в тисках с новой силой.
— Сука, что происходит? — послышались голоса. — Виктор Владимирович, идите в машину, я тут сам разберусь…
— Нет, мы должны найти эту шлюху и забрать бабки!
— Да какие бабки?! Вас же могут убить!
— А ты зачем? Прикрывай меня! Я сам ее найду. Из-под земли достану!
У меня сердце оборвалось, когда увидела мужские ноги в дорогих кожаных ботинках, так близко, что на миг показалось, сейчас они обрушатся на мою голову и раздавят, как орех. Но, к счастью, толстяк меня не заметил, прошел мимо. Уже почти стемнело. Возможно, это и спасло меня, а может, он второпях не посмотрел под ноги… Я продолжала лежать как прибитая, не веря, что этот ужас когда-нибудь закончится. Меня либо пристрелят, либо я замерзну, либо окажусь в руках этого пузатого громилы, но тогда вряд ли получится быстро умереть…
