– Мы тонем, – тем же тихим и таинственным голосом почти прошептал мой сын, – вся машина в воде.
Я отбросил «Фрегат Палладу» и, на полусогнутых подбежав к трапу, по поручням буквально скатился в машину. Передо мной предстала весьма плачевная картина: всё нижнее пространство машинного отделения представляло собой сплошной бассейн. Главный двигатель был уже наполовину погружен в воду, и из него, вернее из турбины наддува, истекала добротная и стойкая струя. «Выдавило контрольную пробку внешнего контура охлаждения турбины», – определил я. Также быстро я вознёсся наверх и застал второго механика в каюте у боцмана в самый разгар карточных баталий. Каюта у боцмана была нараспашку, и из неё летели громкие комментарии к очередной партии в подкидного дурака:
– А мы твою шёстку чириком покроем, а твой чирик, соответственно – уссатым вальтецом. Ох, ох, ох! Он, видите ли, тузца не пожалел, а мы козырного на кон, и ваши не пляшут! А сёмка червивая тут не в масть, горбатого лепишь, я всё вижу. Ох, ох, ох…
– Володя, – бесцеремонно встрял я в партию, – спустись в машину, там поохаешь. Только быстро, время не ждёт.
– А чё такое? – второй механик открыл рот и уставился на меня, как на муэдзина, спустившегося с минарета во время намаза.
– В машине вода – тебе уже по уши будет.
В это время как раз подошёл дед с заспанным лицом и, почёсывая бок, произнёс певуче:
– Ребятки, не кажется ли вам, что у нас вроде дифферент на корму?
До второго механика стал доходить смысл, и он, бросив на стол карты, ринулся из каюты в машинное отделение. Мы последовали за ним. Дед быстро оценил обстановку, нашёл в мастерской деревянный чоп, снял с инструментальной доски молоток и вручил всё это второму:
– Давай, Матросов, вплавь на амбразуру. Родина тебя не забудет. В крайнем случае, представлю к ордену Сутулова. Твоя вахта. Спускался бы почаще в машину, можно было бы и без подвигов обойтись. Забьёшь чоп, будем думать, как откачиваться.
Второй, держа в зубах деревянный чоп, а в поднятой вверх руке молоток, вошёл в импровизированный бассейн. Когда его ноги коснулись дна льяльного настила, а вода дошла до груди, дед вздохнул:
– Слава Богу, что не глубже, а то не доплыл бы ещё. А так уж наверняка дойдёт. Только дыши ровней! А то чоп потеряешь.
Второй вдоль главного двигателя дошёл до фонтанирующей струи, подставил к месту её исхода чоп и двумя ударами молотка вогнал его в тело турбины.
– Вот и всё, – произнёс он удовлетворённо, – и ваши не пляшут.
– Всё, – передразнил дед, – а воду кто откачивать будет?
– А куда её откачивать? – высказал я своё сомнение. – В акватории порта за борт нельзя. Здесь же и масло, и соляр плавают, вокруг судна сразу масляное пятно всплывёт. Штрафы за это запредельные. Наша фирма, у которой всего-то один пароход, сразу по миру пойдёт, а мы – в первую очередь.
– Правильно ты сказал, – заметил дед, – лёгкие маслянотопливные фракции плавают сверху. А шпигат для откачки лья-льных вод стоит в самом низу. Вот, смотри – у второго чёрная полоса на груди осталась от грязного верхнего слоя. Сколько сантиметров на глаз?
– Сантиметров двадцать будет точно.
– Это и есть наша контрольная ватерлиния. Её надо, как минимум, на два умножить, поскольку книзу объём вод уменьшится и площадь сократится. Короче, откачиваем до полуметра: вся шайза останется в льялах, а относительно чистая вода уйдёт за борт. Матрос будет контролировать поверхность под бортом. Если появится плёнка, сразу команду на отключение насоса. Понятно?
– Это, конечно, гениально, – продолжил я дедовы доводы, – но насос откачки льяльных вод тоже в воде, включим – сгорит за шесть секунд.
– А пожарный насос у нас на что? – спросил дед. Создадим разряжение в примыкающем трубопроводе и методом инжекции заберём воду из льял.
– Так клапана все под водой!
– А второй механик у нас на что? Он, как видишь, и переодеться ещё не успел. Занырнёт, нащупает, откроет, отрегулирует. Запускай пожарный. Это тебе не в карты играть.
Запустили пожарный насос. Второй опять полез в воду, прихватив с собой «мартышку» – специальный удлинённый ворот для открытия нижних клапанов. Он долго нащупывал ногой маховики этих клапанов, потом с сомнением в голосе произнёс:
– Клапан пожарника, кажись, второй справа.
Он поставил два железных пальца «мартышки» в невидимый под водой маховик выбранного им на ощупь клапана и стал крутить его на открывание. С палубы спустился матрос, сообщил, что вода пошла.
– Теперь регулируй инжектор, – дал команду дед, – только не переборщи.
Вода стала убывать. Примерно через полтора часа насос остановили. Дед подвёл итоги:
