По комнате витал запах недавно использованных сил и Итан проник к спавшему пуме, оценил степень наполненности колыбели. Да, Аравель прекрасно умеет ее вить и те силы, что у него есть, их хватит на три таких же, но он не отбросил нить пары и пума инстинктивно взывает к самцу. То, что нить не отброшена, это отец видел с первых дней, и был готов к охоте зятя. А еще с любопытством ждал, когда же венценосному альфе будет помогать не менее венценосный дед. И причем ждал этого с первой секунды, как заявил, что Аравель едет домой, а не в клетку избалованного альфы. В больнице старик его удивил, ни слова не проронив, и действия Клауса, он даже к деду в тот момент за помощью не обращался - ни взглядом, ни словом.
Итан усмехнулся. Шельмец, знает, что его не вышвырнули из белоснежных лапок, вот и старается изо всех сил, дабы вернуть расположение. Покачав головой, прекрасно зная, что Аравель другого шанса ему не даст, если этот оболтус все опять испортит, закрыл дверь и пошел на кухню. Там, разогрев поесть, быстро заполнил желудок и прищурился.
Клаус вздрогнул. Его бальс встрепенулся и принюхался. Его не просто звали, его требовали на разборки! Сев прямо и осмотрев спящее лицо, приблизился и поцеловал в губы, встал на ноги и посмотрел на часы. Десять. Итан дома. Если только не заглянул к друзьям или любовнику, то Итан уже как час дома, а то и больше. Едва слышно застонав от осознания своего промаха, Клаус пошел на нить вызова. Это был вызов нарушителю территории. И ведь драться не хотелось. С Итаном ни за какие коврижки не хотелось драться. Итан для Аравеля все и даже больше. Такое чувство, что он не просто отец, он его центр Вселенной и точка Старта в любом деле. Даже в семейном и в отношениях с Клаусом. И поэтому портить с Итаном отношения не вариант вообще. Вон, у Итана и деда они натянутые, и Аравель холоден к нему, все время официально и ни намека на тепло.
Выйдя в коридор, прикрыв дверь, пошел сдаваться. Зашел на кухню по нити вызова и замер. Итан сидел за столом, скрестив руки на груди. На столе стояла ну очень большая бутылка с горячительным и две большие стопки.
- Как я вижу, некие венценосные засранцы считают, что мое слово пустой звук?
- Вечер добрый Итан. - Поздоровался Клаус, едва заметно переводя дух. Зол. Итан на него зол. - Аравелю плохо стало, я не мог его оставить в подъезде.
- А мне позвонить?
- Да там просто сгусток передать, на пять минут…
- И эти пять минут дошли до вечера с наглым дрыханьем в МОЕМ ДОМЕ?
Клаус вздохнул, опустил глаза. Сказать нечего. Он был искренне счастлив, что Аравель разрешил ему "посидеть, пока ты не заснешь", но сам не заметил, и как тепло рядом с умиротворенной аурой пары, как все его измученное нутро потянулось за этим теплом и он сам уснул. За последний месяц реально хорошо уснул, без снотворного и головной боли.
- Прижал задницу к стулу, поговорим.
Клаус сел на стул, ему тут же налили полную рюмку.
- Пей.
Не посмев сказать, что он за рулем, что он не хотел бы, что бы Аравель унюхал запах алкоголя, взял стоявшую рюмку и выпил. Итан опрокинул в себя свою порцию и уставился на кашлянувшего и зажмурившегося зятя.
- Что, не так вкусно, как в ваших любимых клубах? Не тот сорт?
- Нет, крепче просто. - Покачал головой Клаус.
- Крепче. - Протянул Итан, осмотрел зятя, его виновато опустившего голову зверя. - Крепче, значит. Ну что, - Итан налил еще по одной, - думаю тебе ясно дали понять, что твой разгульный образ жизни не так нравится окружающим, как казалось? И пара не будет терпеть соперников между вами. И даже держаться за твое добро в штанах не будет. Думаю, вы, золотая задница с золотым дерьмецом, это уяснили. - Протянул рюмку, и Клаус выпил ее машинально. - Вот, уже и не крепкая, как показалось…
Итан промывал мозги непутевому кошаку примерно минут двадцать и на половину бутылки, без закуски и остановки. Клаус послушно сидел рядом и слушал все эпитеты и издевки кумара, лишь бы ему разрешили на более смелые действия, ибо он может соблазнить Аравеля и тот не устоит, но принесет на себе запах и кумар придет к нему драться. Битым быть он не хотел, но и руку на отца своей пары поднимать тоже. Вот и терпеливо сносил все, что ему говорил и как он это делал, хмелел и все труднее становилось терпеть.
Итан же методично выводил его из себя. Так как он плотненько так покушал, хмель еще в голову не ударил, а вот зятек был заметно пьян. Со сна, не поевши и еще методично выносимый мозг - Клаус поднял глаза и оценил противника, но с места не сдвинулся. Итан знал этот взгляд соперника, знал, что следует за этим, но зять приятно удивил - даже хвоста не выпустил и опять глазенки в пол. Значит признает старшего или все же Аравель хоть что-то значит, чем просто влюбленность и отдаленность от него. Значит хоть что-то он понимает и не хочет разрушать.
