Надеюсь, она всерьёз не думает, что я собралась разводить здесь амуры с избранным ею для меня конкретным юным кавалером. Меня гораздо больше устраивало быть в этой прекрасной компании дуэньей для одной не в меру влюбчивой парикмахерши.
– Садитесь, девочки, давайте ваши ручки, – засуетился Шашкин.
– Спасибо, Сергей, вы очень галантны, – буркнула Наташа, томно поглядывая на стоявшего в лодке истуканом Влада.
Вёсла беззвучно разрезали гладкое, сверкающее на утреннем июльском солнце полотно Соснового озера, словно гигантские портновские ножницы. Из зарослей тростника слышались тяжёлые всплески, очевидно, производимые крупной рыбой, шелест и приглушённое кряканье. Скрип сосновых стволов временами доносился из прибрежной корабельной рощи. Стрекозы с низким жужжанием истерически носились над поверхностью воды и изредка садились передохнуть то на плечо Влада, то на скамейку возле моего бедра. Серёжу Шашкина и Нату они упорно избегали. Первого, очевидно, по причине его нескончаемой болтовни. Наташа же их попросту боялась и постоянно отмахивалась.
– Он всегда так много разговаривает? – не удержавшись, шёпотом спросила я у Влада и указала глазами на Шашкина.
– Серёга-то? – Парень почесал затылок и поморщился. – Всегда. В общем, вам повезло, что он тут, а не Артемон. Тот ведь в компании ещё хуже меня, совсем молчун. Серёга вот умеет разговор поддержать, и вообще, он у нас самый коммуникабельный в команде.
– Да вы с Артемоном вечно тухлые какие-то. – Шашкин только что закончил рассказывать Наташе очередной пошлый анекдот и, заслышав своё имя, поспешно навострил уши. – А девочки тухлых не любят. Да, девочки? Хорошо, что у вас есть я!
Наташа в ответ что-то невнятно промычала, а я лишь вежливо улыбнулась Сергею, проклиная в душе свою старомодную воспитанность.
Шашкин, вполне, по-видимому, удовлетворённый произведённым эффектом саморекламы, огляделся, сложил вёсла и, быстро стянув с себя майку, прыгнул в воду.
Влад вопросительно посмотрел на нас. Моя соседка мгновенно вцепилась в лавку и принялась горячо заверять парня, что искупается непременно, но не здесь, посреди озера, а на красивом диком пляже, о котором так многословно вещал Шашкин минут пять тому назад.
Я, из опасений быть выкинутой за борт явно желавшей остаться наедине с Владом приятельницей, поспешила честно заявить, что нырять с лодок не умею совершенно и вообще боюсь купаться в незнакомых местах без спасателей.
– А это место как нельзя лучше подходит, чтоб мне его бояться, – пояснила я, не обращая внимания на недовольное пыхтение Наташи. – Середина большого озера, вокруг лес, мало ли что там внизу плавает. Спасательных вышек я тоже не наблюдаю.
– Не переживай, если что, я тебя спасу, – проявил наконец и Влад признаки галантности. – Я вроде неплохо плаваю. Не так, конечно, круто, как Артемон, но уж точно получше Шашкина.
– Большое спасибо, учту, но плавать лучше всё равно пойду с берега, – уверенно сказала я.
– Я тогда тоже потом, – передумал нырять Влад.
Но майку снял. Дракон на мускулистой груди Севкиного тренера предстал перед нами во всём своём цветном великолепии.
Наташа бросила пыхтеть, зато напряжённо-восхищённо засопела и принялась выщипывать бахрому из моих и без того рваных джинсовых шорт.
– А почему Артемон? – брякнула я первый пришедший в голову вопрос, чтобы несколько разрядить обстановку и прервать затянувшееся в отсутствие Шашкина молчание.
– Не знаю. – Влад эффектно подвигал плечами, а я незаметно наступила приятельнице на ногу, чтобы остановить её сопение и процесс порчи моей одежды. – Артемон и Артемон. Имя, во-первых. Артём. И потом, он тоже как тот пудель из фильма про Буратино, рычит и территорию свою охраняет. Иногда, если ему что кажется неправильным, не думая, разбираться лезет. Молодой же ещё.
Я подавила невольный смешок. С высоты моего возраста было весьма забавно услышать такую фразу, да ещё и сказанную покровительственным тоном, от двадцатишестилетнего парня.
– Вот ты зря смеёшься, – заметил и по-своему расценил промелькнувшую у меня улыбку Влад. – Прилетало ему не раз, даже мне лично прикрывать его от нападок одного обидчивого папаши приходилось. Колючий он. Но как тренер классный. А характер – так детдомовский он просто.
В эту секунду Шашкин ухватился за борт лодки, чуть не перевернув её. Мы с Наташей вскрикнули. Влад, резко подавшись вперёд, крепко схватил меня за запястье. Лодка, к счастью, выровнялась, а с Наташиной стороны из воды показалась загорелая рука болтливого тренера с двумя водяными лилиями.
– Цветы для прекрасных леди! – заорал Шашкин и, бросив лилии в мою соседку, снова опасно накренил лодку, оттолкнулся от неё и с плеском погрузился в озеро.
– Его никто никогда не пытался пристрелить? – вполне искренне полюбопытствовала моя приятельница, тщетно пытавшаяся отскрести от своей некогда белой рубашки налипшую на неё тину. Цветы она брезгливо швырнула на дно лодки.
– Не припомню, – засмеялся Влад. – Но такие вещи обычно до последнего держат в себе.
