– Хайми все потом объяснил. Он сказал, что сразу понял: придется пройти через уйму юридических формальностей, подписывать разные бумаги, особенно в нашем случае: ведь мы же не собирались продавать участок, а потому он решил сначала заняться разработкой жилы, так как понимал, что и мне больше всего хотелось этого. Ему пришлось брать займы в банках, чтобы купить машины, расплатиться с рабочими и так далее. И ничего бы этого он не смог сделать, если бы мое имя стояло на бумагах как совладельца, а я валялся бы в больнице, где, случалось, не мог отличить пол от потолка. Поэтому-то Хайми предъявил документ на мою долю и начал разворачивать дело. Он с самого начала собирался вернуть мне потом мою половину. Одна беда: Хайми не большой был мастак писать письма, вот он ничего мне и не сообщил. А сам, как начал разработку жилы, сразу выправил у юриста все бумаги. Так что если бы он умер, то я получил бы, помимо собственной доли, еще и его половину.
Питер Макдермотт и Кристина молча в изумлении смотрели на него.
– Потом, – продолжал Альберт Уэллс, – я так же поступил со своей половиной: составил завещание, по которому она отходила к нему. Такое же соглашение составили мы и на владение разработками – оно действовало, пока Хайми не умер, а случилось это пять лет назад. Я так считаю, что кое-чему он меня научил: если ты поверил в человека, не спеши менять мнение о нем.
– Ну а разработки? – спросил Питер.
– Мы отказывали всем, кто хотел купить участок, и в конечном итоге оказались правы. Хайми разрабатывал жилу много лет подряд. Дела там и сейчас идут полным ходом – это ведь одно из лучших месторождений на Севере. Время от времени я наведываюсь туда – вспомнить былое.
Не в состоянии вымолвить ни слова, приоткрыв рот, Кристина глядела на маленького старичка.
– И у вас… у вас есть золотой прииск?
– Совершенно верно, – весело кивнул Альберт Уэллс. – А теперь и еще кое-что.
– Простите за любопытство, – вступил в разговор Питер Макдермотт, – но что же именно?
– Все перечислить трудновато. – Старичок застенчиво поерзал на стуле. – Ну… пара газет, несколько морских судов, страховая компания, дома и еще всякая всячина. В прошлом году я купил несколько продовольственных магазинов. Знаете, люблю новые вещи. Это поддерживает во мне интерес к жизни.
– Да уж наверно, – заметил Питер.
Альберт Уэллс лукаво улыбнулся:
– Между прочим, я собирался завтра вам кое-что сообщить, но, пожалуй, могу это сделать и сейчас. Я только что купил этот отель.
– Вот те джентльмены спрашивали вас, мистер Макдермотт.
Метрдотель Макс кивнул в сторону двух мужчин – один из них был капитан Йоллес, – которые спокойно стояли в другом конце вестибюля, у киоска с газетами. Минуту или две назад Макс отозвал Питера, подойдя к столику, где они с Кристиной молча сидели, ошеломленные сообщением Альберта Уэллса. Оба они – это Питер понимал – были слишком потрясены, чтобы до конца осознать новость и все предстоящие события. Питер даже почувствовал облегчение, узнав, что его просят срочно выйти. Он поспешно извинился и пообещал вернуться, как только сможет.
Капитан Йоллес подошел к нему и представил своего спутника – сержанта уголовной полиции Беннетта.
– Мистер Макдермотт, есть ли здесь укромное место, где можно поговорить?
– Идемте сюда. – Питер провел обоих мимо стойки швейцара в кабинет бухгалтера по кредитным операциям, пустовавший по вечерам. Как только они вошли, капитан Йоллес протянул Питеру сложенную газету. Это был свежий выпуск «Таймс-Пикайюн».
Заголовок над тремя колонками гласил:
КРОЙДОН ДЕЙСТВИТЕЛЬНО НАЗНАЧЕН ПОСЛОМ СОЕДИНЕННОГО КОРОЛЕВСТВА В ВАШИНГТОНЕ. ВЕСТЬ ОБ ЭТОМ ЗАСТАЛА ЕГО В ГОРОДЕ НАРОЖДАЮЩЕГОСЯ МЕСЯЦА
Капитан затворил дверь кабинета поплотнее…
– Мистер Макдермотт, Огилви арестован. Он задержан час назад полицией штата Теннесси на подъездах к Нэшвиллу. Мы уже сообщили, что просим привезти его сюда. «Ягуар» тоже везут – на грузовике, под брезентом. Но уже из расследования на месте ясно: это та самая машина, которую мы ищем.
Питер кивнул. Он заметил, что оба полицейских с некоторым недоумением смотрят на него.
– Вам, наверно, кажется, что я как-то замедленно реагирую на то, что произошло, – сказал Питер. – Дело в том, что я узнал сейчас такое – никак в себя не приду.
– По этому поводу?
– Нет. По поводу отеля.
На какое-то время воцарилось молчание, затем Йоллес сказал:
– Вам, вероятно, интересно будет узнать, что Огилви дал показания. Он уверяет, будто знать не знал, что на этой машине кого-то сбили. Говорит, просто герцог и герцогиня Кройдонские заплатили ему двести долларов, чтобы он перегнал их машину на Север. Именно такая сумма была у него при себе.
– Вы этому верите?
– Возможно, он говорит правду. А возможно, и врет. Это мы узнаем завтра, после того как допросим его.
Завтрашний день даст ответы на многие вопросы, подумал Питер. Сегодняшний же вечер больше походил на сон.
– А что вы думаете предпринять теперь? – поинтересовался Питер.
– Собираемся зайти к Кройдонам. Если у вас нет возражений, мы хотели бы, чтобы вы пошли с нами.
