Мужской персонал отеля месяц назад сюрпризом устроил для Хьюза мальчишник с марокканской едой и танцем живота, но все прошло на удивление скромно. Пригласили также его немногочисленных друзей, с которыми он когда-то вместе работал в других отелях. С учетом времени, которое он проводил за работой, Хьюз просто не успевал поддерживать дружеские отношения, что было в его бизнесе в порядке вещей. Отель и люди в нем становятся твоей жизнью, не оставляя тебе времени ни на что другое. Но мальчишник прошел весело, Хьюз даже потанцевал с некоторыми девушками, но никто не сделал ничего неприличного, выходящего за рамки, что далеко не всегда было нормой в проводимых в отеле мальчишниках. На некоторые из них даже приглашались проститутки, за которых платил кто-нибудь из участников. Но никто не решился сотворить такое с Хьюзом, не тот он был человек, так что все просто веселились.
Накануне свадьбы Натали находилась на грани нервного срыва. Она воспользовалась номером на другом этаже отеля, чтобы повесить в нем свое свадебное платье и сделать там же прическу и макияж. Брат и невестка остановились в отеле. С ними приехали только два сына; обе дочери слишком тяжело болели мононуклеозом.
За день до свадьбы Натали пошла на массаж, маникюр и педикюр. Элоиза увидела ее в парикмахерской с маской на лице. Она остановилась, чтобы поздороваться. Услышав знакомый голос, Натали открыла глаза — в последнее время она почти не встречалась с Элоизой.
— Ну, как дела? — вежливо поинтересовалась Элоиза.
— Ужасно, — ответила Натали, стараясь не двигать ртом, чтобы маска, напоминавшая зеленую глину, не потрескалась. Она ощущала себя ведьмой из «Волшебника из страны Оз». — Лицо ни к черту. Желудок расстроен. Певец из оркестра застрял в Лас-Вегасе и приехать не сможет. А я жалею, что мы просто не сбежали и не поженились где-нибудь далеко.
Казалось, что она сейчас разрыдается.
— Все будет хорошо, — заверила ее Элоиза. — Просто попробуйте расслабиться.
Натали вздохнула и сдалась. Во всех этих вещах Элоиза разбиралась гораздо лучше будущей мачехи, но до сих пор даже пальцем о палец не ударила, чтобы помочь.
— Хотите, чтобы я поговорила с Салли? — мягко спросила она.
Натали в изумлении уставилась на нее и кивнула.
— А ты не против? Я уже не соображаю, что делаю, и так нервничаю, что мне кажется, будто я вот-вот свихнусь.
Кроме того, Натали принимала лекарство, которое только усиливало эти ощущения, но об этом она Элоизе рассказывать не стала. Хьюз знал и всячески пытался ее успокоить, но лекарство, наложенное на естественный стресс от подготовки к свадьбе, сокрушало Натали, и по ней это было очень заметно.
— Через несколько минут у меня будет перерыв, и я зайду к ней, — улыбнувшись, пообещала Элоиза. — А вы думайте только о волосах и ногтях, остальное оставьте нам. И непременно вздремните.
Натали кивнула и проводила ее взглядом. У нее возникло ощущение, что война идет к концу. Вероятно, еще не совсем закончилась, но после возвращения Хьюза с Элоизой из Лозанны артобстрелов точно не было.
Полчаса спустя Элоиза с Салли проверяли последние детали свадьбы. В основном все было под контролем, поэтому они с весьма компетентным менеджером обсудили то, что вызывало сомнения, и сделали несколько изменений в тех мелочах, на которые никто не обратил внимания, вроде размещения за столами и размера скатертей. Кто-то заказал неудачные стулья, так что Элоиза попросила поставить самые лучшие. Поток гостей, расчет времени, схема размещения приглашенных за столами, где будут стоять венчающиеся во время церемонии, чтобы все всё видели, — все это были мелочи, но они-то и составляли разницу. Элоиза вместе с Салли все исправили, и Салли поблагодарила Элоизу, сказав, что с ее стороны очень мило прийти на помощь.
Предполагалось, что будет проведена репетиция, но ее пришлось отменить, потому что родственники Натали приехали слишком поздно и времени перед обедом не осталось. Элоиза попросила Салли все цветы для Натали и ее невестки — для прически Натали и обоих букетов — отнести в номер, где невеста будет одеваться. И не перепутать — букетик ландышей для лацкана пиджака Хьюза доставить в его апартаменты. Внезапно Элоиза поняла, что ее больше не тошнит от мыслей о свадьбе. Она смирилась и теперь рвалась помочь.
— А как же ты? — осторожно спросила Салли. Для Элоизы цветы не заказывали. — У тебя будет букет?
До этой минуты она не решалась задавать Элоизе вопросы про свадьбу, но, похоже, сейчас самое время.
— Я не пойду на свадьбу, — со сконфуженным видом ответила Элоиза.
— Не пойдешь?
Слегка удивившись, Салли тут же сообразила, что ни разу не обсуждала этого с невестой. Она не стала спрашивать Элоизу почему. Она и сама знала, да и весь отель тоже. Элоиза не делала тайны из того, как сильно не одобряет отцовскую женитьбу.
— Отец попросил меня быть свидетельницей вместо шафера.
