– Кафе было построено еще в середине девятнадцатого века, моим прапрадедом, Киганом Маккенной. В то время Новый Орлеан достиг пика процветания и считался самым богатым городом страны. К сожалению, с развитием железных дорог и ростом городов на Западном Побережье он стал терять свою важность, но старик все–таки успел поймать нужный момент, – Арчи отпил пива из покрывшейся испариной бутылки и продолжил. – На тот момент сложно было назвать это заведение кафе или баром, оно скорее напоминало таверну. Полностью деревянная обшивка, темнота и щербатый пол. Его первоначальное название я вспомнить не смогу, оно давно кануло в Лету, но то имя, что оно носит сейчас, мой прапрадед вписал в бумаги накануне смерти. По рассказам, передающимся из поколения в поколение он был мореплавателем, до того, как решил осесть в Орлеане и закрепиться здесь со своей семьей. Киган был еще молод, когда с ним произошла неприятная история.
Его корабль с обученной командой вышел в открытое плавание, они надеялись найти новые земли богатые золотом, а не стремится туда, где было уже не протолкнуться. Возникшая в голове моего прапрадеда идея, основанная на легендах и слухах о предполагаемых месторождениях золота, была опасной и возможно бесполезной, кто знал, что можно найти в водах Атлантики. Их путешествие длилось несколько месяцев, они устали и хотели сдаться, как раз, когда дошли до побережья Исландии, – Арчи сделал паузу и посмотрел на слушателей. Пайпер во все глаза, словно наивный ребенок, внимала его словам, на лице Грега читалась лишь невозмутимость. – Начинало быстро темнеть, все указывало на разрастающийся шторм, уже через пару минут корабль стало качать из стороны в сторону, и тут грянул дождь. Несколько человек упало за борт, и их поглотили черные воды, оставшиеся, как могли, сражались с разбушевавшейся стихией. Но для мореплавателей шторм был обычным делом и не самым страшным, особенно в тот день. Ужас наступил позже, когда море усмирило свой гнев от вмешательства посторонних. После как им казалось непрекращающегося хаоса, среди затишья, они услышали леденящий кровь вой, эхом разносящийся по воздуху. Он зарождался где-то в глубине и поднимался ввысь. Звук приближался, и они стали различать стоны и скрип, больше похожий на урчание голодного желудка. Услышанное можно было списать на ветер и галлюцинации, вызванные страхом, но, когда в очередной раз блеснула молния, в ее свете они увидели широкие длинные щупальца, тянущиеся из воды, – Арчи замолчал, оценивая произведенный его словами эффект. Грег ухмылялся, а Пайпер испуганно смотрела на мужчину.
– Я не знаю, как им удалось спастись. Но не все они после возвращения домой сохранили разум. Моему прапрадеду это, к счастью, удалось. Он рассказал об этом уже взрослому сыну и просил никому не говорить о случившемся. Только перед смертью Киган вспомнил об этом, часто бредил во сне, говоря лишь одно слово: «Кракен». Не знаю, почему он решил сменить название, но как говорил мне мой отец, старик боялся, что разозлившееся чудовище обязательно ему отомстит, и таким образом он задабривал его и просил прощение за беспокойство. Ничего не могу сказать по поводу гигантского кальмара, но от кредиторов старик кафе спас, – Арчи захохотал и его громкий смех подхватили остальные.
– Ну, что скажете ребята? – обратился мужчина к подросткам.
– Эта история мне напомнила посиделки у костра в лесу и выдуманные страшилки. Никогда не поверю в то, что ненасытный осьминог отказался от лакомства, которое так и плывет в руки, – сказал Грег сквозь смех.
– То есть ты сомневаешься в правдивости только этой части рассказа? – отозвался улыбающийся Барри.
Пайпер переводила взгляд с Грега на Арчи, затем посмотрела на Барри и, поняв в чем дело, она удивилась тому, как могла попасть под влияние скроенного наспех ужастика. Девушка почувствовала себя дурой, и в том смехе, который наполнял помещение, она видела издевку над ее доверчивостью. Марта перевела свой взгляд на помощницу, внимательно посмотрев на нее, и улыбка, которая только что не сходила с ее лица, померкла.
– Пайпер, тебе не понравилась история? – тихо, чтобы не услышали остальные, спросила Марта.
Девушка дернула головой и попыталась восстановить в душе контроль:
– Конечно понравилась, Арчи – хороший рассказчик. Я просто подумала, что, если бы это было на самом деле, увидеть такое, бррр…Очень мерзко, – она сочиняла на ходу, своими словами оправдывая пошатнувшееся состояние, которое несомненно заметили все.
Марта хотела что–то сказать, но в последний момент передумала, решив, что легенда о Кракене и обида Пайпер скоро забудутся. Лишнее вмешательство в ее личное пространство только повредит.
– Ну все, уже поздно, всем пора отдыхать, – сказал Арчи, прерывая шутливый спор между Грегом и Барри, – Надеюсь, сегодня ночью вас не будут мучить кошмары.
Остальные только посмеялись, а Пайпер, внутренне содрогнувшись, уже во второй раз за время, проведенное в Новом Орлеане, боялась закрыть глаза.
Некто
