Приобретенный с первым глотком воздуха дефект, стопорящий ее отрешенный взгляд на какой–либо точке мог оказаться здесь губительным. Те, кто хоть раз заметят это, выразят свой протест, подстегнутый алкоголем, не только с помощью слов, но и кое чего похуже. Повернувшись к Пайпер, Глория подозвала ее взмахом руки. Мужчины посмотрели в ее сторону, и девушка, под действием страха прочитав в их глазах раздражение, нервически дернулась и остановилась, как изношенная машина, издеваясь над своим хозяином, не желающим заводиться двигателем. Глория вопросительно качнула головой и Пайпер, набирая обороты, нехотя подошла, пытаясь сделать вид, будто ничего не произошло.
– Знакомьтесь, мальчики, это Пайпер – моя помощница. Если обидите ее, будете иметь дело со мной! – Глория шутливо пригрозила им пальцем.
– Будем любить и жаловать, – пробасил мужчина постарше, открывая на всеобщее обозрение рот с наполовину потерянными зубами.
В этот момент Пайпер подумала, насколько не точны ее представление о том, что ее ждет. Как ей с этим справиться, когда Глории не будет рядом? Как ей здесь выжить и не показаться слабаком? Не стоило торопиться с решением. Дура, дура, дура! Но вместо того, чтобы озвучить свои мысли, девушка приклеила к лицу кривую улыбку, делающую ее похожей на нервно больную, и плеснула виски в тумблер.
Следующие два часа не подорвали спокойного расположения духа Пайпер, она получала заказы, до отмеренной линии наполняла бокалы и клала деньги в нужную ячейку кассы. Некоторым мужчинам даже удалось сменить грусть на ее лице, вызвав улыбку, а затем, не оставляя попыток, рассмешить девушку, словно она была «всегда грустной принцессой». Они не пытались, как она думала, заигрывать с ней или делать ей непристойные предложения, им только хотелось повеселиться и отдохнуть после долгого рабочего дня, а до тревог молоденькой барменши им не было никакого дела.
Как только часовая стрелка приблизилась к девятке, а в дальнем части бара послышался хруст стекла и освежеванный мат, дверь открылась. Пайпер поморщилась в ожидании нагоняя от Глории, который должен был последовать вслед за звуком разбитой посуды, и отвернулась к стеклянным полкам.
– Пайпер, привет. Как тебе новое место? – поинтересовался парень за ее спиной.
Девушка прерывисто вздохнула от неожиданности и крепко вцепилась в горлышко бутылки, повлажневшие пальцы, не удержавшись, проскользили вниз. Она не могла решить: успокоиться и честно ответить на вопрос, или брызнуть лимонным соком в глаза. Злодейская мысль вырвала у нее смешок.
– Поделись шуткой.
Пайпер обернулась и посмотрела не него в недоумении.
– На мой вопрос: я сказал что–то смешное? Ты ответишь: да так, анекдот вспомнила. И я бы ответил: расскажи, посмеемся вместе. Я подумал, лучше выкинуть ненужное из разговора. Но как видишь, у меня это не слишком получилось, – объяснил парень.
Девушка, не показывая виду, как сильно она задета, рассмеялась и ответила:
– Грег, ты больной. И вообще, что ты тут делаешь?
– Спасибо за диагноз. Я тут работаю, вышибалой, – он указал на парня, который вошел вместе с ним. – Мой напарник.
Девушка проследила за направлением его руки. В темноте, спрятанный от посторонних, стоял молодой мужчина, такой же высокий и крепкий, как Грег. Он, сложив руки на груди, опирался на стену и прицельно обводил зал глазами. Как только мужчина заметил обращенное на него внимание, напрягшись всем телом и на секунду замерев, он посмотрел на парочку, и Пайпер стыдливо отвела взгляд. Еще один человек, который запросто может обвинить ее в том, что она откровенно пялится на него. Девушка прищурилась, обратив свой гнев в сторону Грега, и наклонилась к нему ближе:
– И это никак не связано с твоим предупреждением? Мне не нужна нянька.
– А мне нужны деньги, вряд ли в роли няньки я получу больше, – он легко оттолкнулся от стойки и направился к двери.
Грег подошел к напарнику и перебросился с ним парой слов. Невольные взгляды, которые задерживались на Пайпер на долю секунды, а затем снова возвращались к толпе в зале, она уже не замечала. Девушка все также выполняла заученную манипуляцию: заказ – выпивка – деньги, и в каждом своем действии, взмахе руки, шевелении воздуха от постоянного движения локонов, падающих на лицо, она чувствовала его присутствие, скрытое сумрачным освещением бара. Как бы Пайпер ни было трудно признать и побороть свою гордость – рядом с Грегом ей безопасней.
К концу вечера, когда толпа в баре постепенно начинала редеть, выпуская на улицу парами и тройками изрядно пьяных гостей, Пайпер остановилась, чтобы наконец присесть. Плечи и поясницу, словно забетонированных, сковало напряжение, ладони потряхивало, ног она не чувствовала вовсе.
– Ну как, справляешься? – Глория сидела на высоком стуле и считала выручку.
– Вроде. Устала с непривычки.
Женщина что–то прошептала, посмотрев вверх, и оторвалась от важной миссии, чтобы вглядеться в лицо напарницы.
– Выглядишь ты и правда ужасно, вынеси мусор и на сегодня все.
