Неделя работы в баре «Рокси» была веселой и воняла пивом. Пайпер уже легко справлялась с запотевшими бутылками и нахальными мужчинами и ей все реже приходилось обращаться за помощью к Глории. У Грега, чье присутствие приятно скрашивало тяжелые смены, вошло в привычку провожать девушку домой каждый вечер и по пути разговаривать ни о чем. Хотя ему трудно было обходить каверзные вопросы стороной – нельзя сказать что–то о себе не затронув больной темы – все дорожки в любом случае вели к тому, о чем парень не мог ей рассказать. К тому же было бы не честно говорить о себе, когда с другой стороны не слышишь ответа. Появляется чувство, будто из тебя намеренно вытягивают информацию для не добрых целей. Поэтому Грег давал Пайпер приманки, но как только чувствовал, что ей становилось любопытно, он замолкал и не шел дальше. Да, девушка несомненно больше любила слушать, чем говорить. С каждым днем ее доверие к Грегу росло, но возможность обвинения и непонимания заставляла Пайпер держать секреты при себе. Ее преследовал страх, который навязчивым шепотом предостерегал о скрытых угрозах. Вероятно, девушка неправильно трактует выражение его лица, принимая его за друга и надежную опору и как только главные слова будут произнесены, Грег тотчас станет ее презирать. А как всем известно, сказанного не вернешь и ничего уже не исправишь. Поэтому Пайпер сторонилась откровенных разговоров и вот уже неделю они болтали о пустяках, чаще всего о школе. Но кто знает, возможно сегодня все изменится.
Грег шел рядом с девушкой, ведомый ею. Она выбрала другой маршрут, стараясь обойти приглянувшийся ей собор стороной. В груди часто рождалось чувство, что он принадлежал только Пайпер и показывать его, впускать в святыню посторонних было для нее табу. Они огибали французский квартал, с севера цепляя площадь Дункан по Грейвьерв–стрит, а затем снова уходили на право. Архитектура французского квартала с приземленными домами и тесными проулками на краткие мгновения менялась, уступая место немногочисленным высоткам, которые множились по мере отхода к Сентрал сити. Когда они вновь вернулись к частным домам и относительной тишине в такой поздний час, Грег использовал очередную ловушку:
– Я приехал из Калифорнии. Хочу начать новую жизнь. Поступить в колледж. Купить дом и завести собаку, – он улыбнулся.
Двое шли на расстоянии полуметра друг от друга, сохраняя дистанцию. На ночном небе загорались звезды, вдалеке играла музыка.
– Ты прожил так долго, чтобы устать от старой жизни? – спросила Пайпер, пока он не задал ей личный вопрос.
– Количество прожитых лет не имеет значения. Встречалось много плохого. Любой бы сбежал.
Она помолчала, будто обдумывая эту мысль, а затем определившись с ответом, сказала:
– Нет, только смелый.
Парень остановился и посмотрел на девушку.
– Смелый бы боролся, а не сбегал. Это трусливый поступок.
– А что, если другого выхода нет? Если сбежать – единственный вариант?
Пайпер отвернулась от наблюдательного взгляда и продолжила идти. Грег отстал на один шаг, стараясь не маячить у нее перед глазами, чтобы не спугнуть момент.
– А ты считаешь себя смелой?
– Я…нет, точно нет.
– Но ты сбежала.
Пайпер резко остановилась. Она чувствовала дыхание Грега на своем затылке.
– С чего ты взял? Просто у меня нет родных, в приют не хочу. Вот и живу теперь неподалеку.
– Неподалеку от чего? Знаешь, что я заметил? Твой рюкзак.
– Мой что? Я…
Грег продолжил, не дав Пайпер договорить.
– Рюкзак фирменный, продается только в Нью-Йорке, – девушка нервно сглотнула. – Либо ты его украла, либо он твой. Но я думаю твой и это не мое дело. Если ты не хочешь рассказывать, я лезть не стану. Но и с моей стороны откровенности не жди. Не люблю без взаимности, – он продолжил идти, а Пайпер не удавалось двинуться с места.
Через пару шагов Грег обернулся и спросил:
– Ты идешь или будешь спать сегодня здесь?
Девушка потрусила головой и пошла за Грегом.
Она не подходила слишком близко, следуя за ним. Ей нужно время подумать и прийти в себя. Стоило ли вообще обсуждать эту тему или лучше было промолчать? Глупо все эти дни хранить в себе тайну, а потом выложить все как на духу. Пайпер конечно этого не сделала, но дала отличную пищу для размышлений, которую Грег будет смаковать в одиночестве и в конце концов доберётся до правды. Ей ли не знать, что этот парень ничего не пропустит мимо, замечая каждый взгляд или нарушение ее дыхания, которое о многом говорит. И что ей теперь делать? Перестать общаться и избегать? Тогда это только подтвердит его теорию, а неосторожные слова станут одной огромной ложью, и он еще тщательнее станет ее изучать. Нет, это не выход. Тогда нужно не подавать виду, будто то, что Грег сказал полный абсурд и она удивляется широте его воображения. Так действительно будет лучше. С этой мыслью девушка догнала опередившего ее Грега.
