– В кресле шефа до сих пор сидит Боб? – послышалось со стороны Дерека, когда остальные переключились на обсуждение футбольного матча.
– Да, и похоже он в него врос.
Дерек рассмеялся и как бы невзначай спросил:
– Ты вчера говорил о женщине, с которой живешь, но так и не сказал, как ее зовут?
Мужчина вопросительно посмотрел на сержанта и тот виновато улыбнулся:
– Сдаюсь, Дженна интересовалась. Она просила передать извинения, последние пару дней она вся не своя. В том взрыве погиб муж ее лучшей подруги. Так что ее можно понять, – как бы оправдываясь сказал Дерек.
Блейк похлопал мужчину по плечу и успокоил его:
– Никаких проблем, я и не заметил ничего такого, – отхлебнув пива он продолжил. – Ее зовут Сара. Мы познакомились давно, я уже и не вспомню сколько лет назад, – соврал Блейк, ведь он никогда не забудет точную дату их знакомства. – Сейчас все хорошо, живем душа в душу. Я тут подумываю сделать ей предложение, все–таки так долго вместе и сами уже не дети.
– Поздравляю, это отличные новости! Когда собираешься ей об этом сказать?
– У меня через две недели отпуск намечается. Поедем вдвоем, развеемся. И там я ей скажу.
– А как ты считаешь отреагируют дети?
Блейк отпил пива.
– Главное, что скажет она, а с детьми потом разберемся, – кулаки непроизвольно сжались.
Разговоры за столом продолжались, иногда к ним подходили незнакомые мужчины и выражали соболезнования сидящему напротив Блейка молодому парню. Как он понял из разговоров, в том взрыве погиб его старший брат, оставив двоих детей сиротами. Донован перекинулся всего парой слов с коллегами и, когда мозг дал сигнал, что пиву нужен выход, пошел в туалет. В этот момент одновременно с тем, как рука Блейка коснулась дверной ручки, прогремел взрыв. Мужчина почувствовал, как что–то толкнуло его в спину, он полетел в барную стойку, и, ударившись головой, провалился в бездну.
Он дрейфовал. Вокруг один лишь покой и плотная тишина. Сейчас нет смысла о чем–то думать и что–то решать. Отдайся воле волн и плыви по ним, ожидая, когда течение принесет тебя к райским вратам. Блейк видел себя ребенком, худенький мальчик с побитыми коленками сидит на берегу реки, в чьих водах плескается жирная форель. Ее серебристые бока отражали вспышки света и больно ударяли по глазам, Блейк отвернулся, подставив лицо солнцу. В светлых волосах играл ветер.
Маленький мальчик услышал ее шаги, он обернулся и увидел свою мать, она села рядом и тепло улыбнулась. Она запела. Колыбельную, которую Блейк больше никогда не услышит. Ее голос лился над рекой, тихим звенящим тембром поднимался к облакам, заглушая щебет птиц. Они держались за руки, возрождая былое, согреваясь теплом друг друга. Но счастье длилось не долго, женщина резко замолкла, будто на проигрывателе нажали кнопку «стоп» и посмотрела куда–то в даль, настороженная, полная тревоги, а потом сказав всего два слова «проснись, милый», дотронулась до его щеки. Мужчина дернулся, почувствовав жар хрупкой ладони и понял, что прохлада ушла, пальцы на ногах горели. Он посмотрел вниз и увидел, что стоит посреди костра и не может сдвинуться с места. Так и сгорит заживо. Блейк закричал.
Джерри
Джерри взглянул на наручные часы. 9:49. Осталось одиннадцать минут. Они сидели в засаде около старого склада на юге города уже около двух часов, вовсю шла попойка. Мужчина знал, что отмечали эти выродки: легкую победу. Только они не подозревали, что каждое пьяное тело на мушке снайперов и на его прицеле. Он следил за каждым из банды, все они вели себя одинаково, одурманенные наркотиками и выпивкой, выделялся среди них лишь один – вожак. Джерри никогда не встречался с этим человеком лицом к лицу, но был наслышан о нем и его заслугах. Он не присоединялся к всеобщему веселью, а молча сидел в тени и наблюдал, так же, как и Джерри пристально следил за разгулявшейся компанией. О’Брайан навел на мужчину прицел и, настроив оптику, изучал его: смуглое худое лицо, сплошь покрытое морщинами и шрамами, губы плотно сжаты словно от злости, под глазами нависали мешки. Единственной чертой, которая отличала его от тех выходцев из Мексики, с которыми Джерри волей–неволей был знаком, – это длинные волосы, спускающиеся на плечи и густые усы; остальные предпочитали лишать себя растительности на лице и голове. Он вообще был не похож на тех, кого капитан привык задерживать за подобного рода преступления, и то, что он сейчас не пил вместе со всеми, раздражало О’Брайана. Неужели знает и чего–то ждет? Мужчина перевел прицел на орущую компанию, и все подозрения ушли, никто не успеет сбежать, они окружены, даже вожак, который не притронулся к бутылке. К десяти они должны уже достаточно набраться, чтобы не оказать сопротивление. Застать врага врасплох – лучший вариант из имеющихся, тогда он растеряется и совершит ошибку, которая поможет противнику.
