«Приблизительно в 1899-1900 годах в Санкт-Петербурге капитан лейб-гвардии 2-й артиллерийской бригады Алексей Дмитриевич Головачев, которому было тогда около 40 лет, тяжко заболел; болезненное состояние ухудшалось, так как последствия заболевания перешли на сердце. Обращались ко многим докторам, были консилиумы врачей, которые потеряли надежду на выздоровление, а известный тогда в Петербурге диагност доктор Нечаев (главный врач Обуховской больницы) решительно заявил, что спасения нет, и если больной и выживет чудом, то все равно будет «навсегда» калекою. Оставалось одно средство — молитва и милость Божия.
Мать больного обратилась к отцу Иоанну Кронштадтскому с просьбой посетить больного и причастить его. Больной в это время был очень слаб и апатичен и потерял всякий интерес к жизни, но при всем этом, как человек религиозный, высказывал большое желание видеть отца Иоанна и получить его благословение. Отец Иоанн приехал, благословил больного, поговорил с ним и причастил его.
На следующий же день больной почувствовал себя бодрее; стал проявляться интерес к жизни, заметно и быстро шло улучшение здоровья. Доктор Нечаев высказал, что это, безусловно, чудо, ибо болезнь Головачева была столь ясна и так отчетливо выражена, что медицина в данном случае ошибиться не могла, и по велениям науки больной должен был умереть и лишь чудом мог остаться живым, но полным калекою, так как сердце больного было навсегда органически испорчено.
Капитан Головачев скоро поправился, окреп и стал вполне здоровым человеком, продолжал служить в строю, провел всю Великую войну и скончался в Петрограде от голода в 1925-1926 годах при большевиках.
Я помню твердо этот случай и привожу его не по слухам, а как очевидец, — капитан Головачев был моим командиром батареи лейб-гвардии во 2-й артиллерийской бригаде».
2)
