– Заблудимся! – смеясь, крикнула Наталья.
– Да это рядом. Стой-ка! – вспомнил Иван.
Они остановили лошадей, и Новик достал из кармана ожерелье и надел его на шею Наталье прямо поверх гимнастерки. Наталья смутилась, не зная, что сказать. Иван пришпорил коня и крикнул:
– Не отставай!
Он остановился, соскочил на землю, подхватил Наталью с седла, перекинул ее, смеющуюся и вырывающуюся, через плечо и понес в джунгли.
Наконец он поставил ее на ноги.
– Гляди! Мои разведчики нынче обнаружили. Я им молчать приказал, а то наши узнают, рехнутся все.
Перед ними был храм, стоящий одиноко и таинственно посреди джунглей. Его стены были сложены из плотно стоящих друг к другу каменных фигур. Иван крутил ус и поглядывал на Наталью.
– О-о-ой! – испуганно выдохнула она.
Все эти каменные люди, женщины с пышными грудями и мужчины с огромными фаллосами, любили друг друга, ласкали, застыв в самых немыслимых позах.
– Ой! – вскрикнула Наталья испуганно и отвернулась, закрыв лицо ладонями. – Стыд-то какой…
– Какой стыд, нету никого… Да погляди ты! – настаивал Иван, поворачивая ее к Храму любви и отрывая ладони от лица.
Наталья сопротивлялась, но Иван был сильнее. И Наталья перестала сопротивляться и стала смотреть.
Пролетели вдруг низко и сели неподалеку, распушив хвосты, несколько павлинов.
Была ночь, безлунная, звездная. Наталья кричала пронзительно, свободно и счастливо, и после каждого ее крика ночные джунгли затихали и удивленно прислушивались.
И на привале прислушивались.
– Дед! Слышь, дед! – тряс за плечо, будил своего деда Государев-внук.
– Чего? – заполошно спрашивал Государев-дед со сна.
– Шешнадцать! – потрясенно сообщал внук.
Мисс Фрэнсис Роуз проснулась оттого, что где-то неподалеку несколько раз выстрелили. Она потянулась, выбралась из широкой постели и, как была в длинной ночной сорочке, вышла на балкон, где стоял маленький столик, стул и небольшой телескоп на высокой треноге.
Дом был чисто английский, газон вокруг дома был тоже чисто английский, и сухопарый седой слуга-англичанин подстригал его, даже рощица вдали имела неуловимо английский вид. Слуга поклонился.
– Доброе утро, мисс Роуз[12], – приветствовал он. – Уезжая на охоту, ваш жених передавал вам привет.
При слове «жених» юная мисс скорчила гримаску и взглянула на рощицу, потому что оттуда донесся звук еще одного выстрела. И сразу же из‑за деревьев выскочил один наездник, за ним другой. Они нахлестывали скачущих диким галопом лошадей и неслись прямо к дому. На хорошеньком даже со сна личике мисс Роуз изобразилось удивление. Она перевела трубу телескопа в вертикальное положение и заглянула в окуляр.
Первым мчался с выпученными от ужаса глазами крупный, огненно-рыжий, пышноусый шотландец в юбочке. Это и был сэр Джонс, хозяин Джонс-Пойнта, жених девушки.
– Куда это ты так торопишься, милый? – спросила она, и в голосе ее определенно присутствовал сарказм.
Следом скакал слуга сэра Джонса с двумя карабинами за спиной. Шотландец что-то крикнул ему, оглянувшись, и слуга остановил свою лошадь и торопливо стащил карабин с плеча.
В следующее мгновение из рощицы выскочил еще один наездник. Лошаденка его была послабее английских, и он беспощадно хлестал ее по бокам. В руке его покачивалась наперевес пика с алым треугольничком ткани у поблескивающего стального острия.
От удивления часто моргая, забыв о телескопе, мисс Роуз смотрела, как слуга сэра Джонса, прицелившись, стал стрелять в этого человека. Преследователь с пикой приник к луке, и Фрэнсис торопливо приникла к окуляру телескопа. У него были веселые, полные азарта глаза, хищно раздувались ноздри, и, скалясь в улыбке, он что-то кричал. Он был в островерхом шлеме с большой голубой звездой.
– Centaur[13], – прошептала мисс Фрэнсис Роуз. Она еще не знала, что его зовут Иван Васильевич Новиков.
Когда патроны кончились, слуга предупреждающе поднял руку и закричал громко и торжественно:
– Мы – подданные ее величества королевы!
Это словно придало Новику сил, и через два, максимум через три мгновения пика вошла в солнечное сплетение англичанина и вышла у позвоночника между предпоследним и последним ребрами. Иван попытался вырвать ее на ходу, но с легкостью спички пика сломалась, и Иван осадил лошадь, подняв ее на дыбы.
– Какую пику загубил, морда, – проворчал он, глянув на англичанина, но, переведя взгляд на улепетывающего сэра Джонса, улыбнулся и прокомментировал с удовольствием: – Эх и драпает англичанка!
Сэр Джонс перескочил через живую изгородь, проскакал рядом с опешившим слугой и, буквально пролетая мимо дома, успел крикнуть девушке:
– Не беспокойся, дорогая! Я скоро вернусь!
Фрэнсис вновь приникла к окуляру, чтобы посмотреть на незнакомца, но обнаружила, что он смотрит на нее в бинокль. Увеличенные системами линз, их взгляды на мгновение встретились. Фрэнсис смутилась, выпрямилась и ушла, гордо вскинув голову.
А из рощи выходило не торопясь, с сознанием собственной силы Новиково воинство.
