- Ты не сильно торопилась, - говорит спецназовец недовольно и закидывает руки за голову.
Прислонившись спиной к двери, разглядываю светлые брюки и черную рубашку, расстегнутую до середины груди. Кончики пальцев начинают зудеть от желания поскорее расправиться со всеми остальными пуговицами, включая с той, что под пряжкой ремня, но я медлю.
Скрестив ноги, небрежно произношу:
- Это ты не сильно торопился…
- Я же здесь.
- Скажи мне, пожалуйста… - вздыхаю. - Ты ведь не собирался возвращаться после того, как ушел?
- Хм… Я не ушел. Просто вышел… мозги проветрить.
Пауза, которую он выдерживает перед тем, как ответить, раз и навсегда дает мне понять: какой бы сильной ни была ссора, я никогда не должна задевать его мужское достоинство. Такие экземпляры, как Влад, такого просто не прощают.
- Иди уже сюда, Федерика, - хрипло просит и вытягивает ладонь. - И ромашки захвати…
Я окончательно забываю о том, что с нами произошло, делаю несколько шагов и отдаю ему свою руку, которую он сразу же по-мужски крепко сжимает.
А дальше мир кружится и моргает, потому что я делаю то, о чем мечтала. Пока Влад тянет пояс от моего платья, я ловко справляюсь с пуговицами и ремнем, распахиваю полы рубашки и касаюсь губами сильной шеи, понимая что хочу этого мужчину до изнеможения.
- Поцелуй меня по-настоящему, - слабо прошу, поднимая лицо.
И он, конечно, целует. Лучше, чем по-настоящему.
Дыхание становится путанным, мысли бессвязными, как только Влад забирает инициативу в свои руки и, ловко развернувшись, укладывает меня на спину.
- Как думаешь, итальянцы хорошо строят дома? - интересуется, рассматривая мой новый кружевной комплект.
- Я бы не надеялась...
- Красиво очень, - забирает воздух через нос.
- А… это… Марсала.
- Кто? - иронично приподнимает брови.
- Цвет - марсала.
- Аааа… - Влад смеется, лаская и взглядом, и руками мое дрожащее тело. - Опять все усложнили. Коричнево-красный…
- Марсала…
- Я от тебя в марсала, а цвет - коричнево-красный, - ворчит он, пока бережно избавляет меня от одежды.
Я жадно осматриваю его мускулистое тело: рельефную грудь, шрам от огнестрельного ранения и, конечно, внушительную полную боевую готовность своего спецназовца.
- Охх, - вцепившись в каменные плечи, выгибаюсь, когда Влад забирает в рот чувствительный сосок и ласкает его языком. - Я так скучала.… - всхлипываю.
- Больше никакой субординации, - коротко приказывает в перерывах между ласками.
- Никакой… Ее полное отсутствие, - многократно киваю.
Что это вообще?
Внизу живота так горячо, что думать о чем-то просто невозможно.
- И никаких штрафов, - прикусывает нежную кожу.
- Охх… и штрафов. Хотя твое умение сорить на них деньгами, мне определенно понравилось, - вспоминаю наш первый раз.
- Это можем как-нибудь повторить, - нагловато предлагает и накрывает мое тело собственным весом.
Хочется раствориться в этом мгновении, и я действительно растворяюсь. Обхватываю ногами твердые бедра и, принимая грубоватые, глубокие толчки, совершенно забываю о защите.
Ровно, как и Влад, потому что пика удовольствия мы достигаем одномоментно, но оба игнорируем факт отсутствия презерватива между нами.
Первые мои эмоции - страх и неуверенность.
Неужели я ещё раз хочу пройти этот путь: беременность и роды?
Ещё полгода назад послала бы саму себя к черту, а сейчас сомневаюсь, потому что представляю маленького, зеленоглазого мальчика в костюмчике защитного цвета, светлыми волосами и добрым сердцем, как у Влада.
Такие, как он, настоящие мужчины, непременно должны воспитывать сыновей, чтобы у моих дочерей был шанс встретить достойного парня.
С этими мыслями я укладываюсь на твердое плечо и умиротворенно вздыхаю. Рано что-то планировать Федерика, в сорок лет забеременеть - это ещё постараться надо. Легче в лотерею выиграть.
- Ну все, - чувствую, как он улыбается. - Тебе придется выйти за меня замуж!
- Я согласна.
- И взять мою фамилию!... - поглаживает по плечу.
Я обдумываю все возможные варианты.
Конечно, для женщины, которая занимается бизнесом, менять фамилию - тот ещё аттракцион, но, с другой стороны, я ведь понимаю, что «Побединская» в моем паспорте не устроит ни меня, ни Влада.
Я хочу быть его женщиной. Заключительной и окончательной.
- Я готова взять двойную фамилию, - легко соглашаюсь.
- Чтобы я стоял через тире от пианиста? - недовольно спрашивает.
- Федерика Отец-Росси!... Лучший в мире российско-итальянский союз… - блаженно улыбаюсь.
- Аааа… - Влад облегченно вздыхает и целует в макушку. - Я пообщался с твоим отцом. Хороший мужик, правильный. Приму за честь постоять через тире от него.
Я снова сдерживаю слёзы счастья. Не верится, что все закончилось и одновременно все только начинается.
- Мне очень хорошо с тобой, Влад, - говорю дрожащим голосом.
Его голос тоже дрожит. Но особенным трепетом в моем сердце отдается то, как он вдыхает аромат моих волос и хрипло признается:
- А мне без тебя плохо!... Без тебя никак!
- Наверное, это любовь…
- Даже не сомневайся.
